Фидель(тут же падает ниц и целует обувь Усямы). О, хозяин, я ваше имя произношу исключительно из чувства глубочайшего почтения!..
Усяма(пинает его). Виставать!
Фидель. Недостоин, не встану…
Усяма. Виставать, евнухь такая!
Фидель(торопливо поднимается, светит). Повинуюсь, великий господин…
Усяма. Велики — адин Аллях… Я — жяльки раб у наши Аллях, панимаишь?.. (Достает из черной сумки дрель, отвертки, гаечные ключи).
Фидель. Раб — но какой! Из рабов — величайший! Умнейший! Щедрейший! Никогда не забуду, как вы на невольничьем рынке в Багдаде целых три грёбаных доллара не пожалели за ничтожнейшего из людей!
Усяма. Мая жалеет тепер: за твая три грёбаный доллар многа дават!
Фидель. Еще несколько чудных мгновений, хозяин, и три ваших грёбаных доллара превратятся в зеленое море!
Усяма. Твая очон берегис, если мая абманывать делит…
Фидель. Мой хозяин сам убедится, как его раб предан своему хозяину, как он хочет угодить своему хозяину…
Усяма(опускается на корточки возле трона). Толка папроби мая не угадить делит… (Включает дрель).
Фидель(шипит). Тише, хозяин, прошу, не так громко…
Усяма(замирает). Твая гаварит правда: шумет нехарашё. (Достает из кармана вату, затыкает себе уши). Вси нада делит тиха, ни громкя! (Снова включает дрель).
Фидель(снова его останавливает). Нас могут услышать, хозяин…
Усяма(извлекает вату из ушей, откладывает дрель в сторону). Мая панимаит. Миного не гавари. Килюч на шишнадцат хачу.
Фидель(торопливо нагибается к сумке, подает ключ). Прошу вас, почтеннейший…
Усяма тут же бьет его этим ключом по голове — Фидель тихо вскрикивает.
Усяма. Мая папрасиль килюч на шишнадцат!
Фидель с опаской протягивает другой ключ, и снова получает по голове, и опять вскрикивает. Усяма смеется.
Такая тупой, там нет ета килюч… (Сам светит фонариком внутрь сумки). Тама ест развадная килюч… (Сам находит разводной ключ, отвинчивает гайку). Фанари свити, идиёта… Мались Аллях, если ты мая обманут…
Фидель. Как я, хозяин, мог вас обмануть, вы знаете, как я вас уважаю…
Усама(трудится). Мая пилеват хател на твая уважжения…
Фидель(шепотом). Я помню, я был еще маленьким… За этим столом собирались члены правительства…
Усяма. Фанарик свити, евнух, да?
Фидель. Слушаюсь, господин… Кушали, пили… В общем, решали проблемы страны…
Усяма. Лютча свити, сволич, да?
Фидель. Да, хозяин… Так вот… А на троне всегда восседал дядя Леня… Для всех, разумеется, генеральный секретарь Коммунистической партии Советского Союза, а для меня…
Усяма(рассеянно откликается). Пилад…
Фидель. …А, лично, меня дядя Леня сажал на колени, отчески чмокал, дарил леденцов… Мы болтали о всяком… Бывало, в четыре руки игрались с ядерным чемоданчиком: симулировали атаку на Америку…
Усяма. Амэрикя — мая настаящая вряг…
Фидель(ностальгически). …А после стакана, другого дядь Леня сворачивал чемоданчик и торжественно так говорил: я себя, говорил, под Ленина чищу! И папа, и прочие члены политбюро, как один, повторяли: я тоже, я тоже! (Грустно вздыхает). Все хотели быть чистыми — как Ленин…
Усяма(трудится). Ани чито, били грязни?
Фидель. Так это звучит по-русски, хозяин: чистыми, как Ленин, — значит, хорошими, как Ленин…
Усяма(силится сдвинуть трон с места — не удается). Дядя Лён, гавариш… биль харёши?
Фидель. Он был не хорошим, хозяин, — он был очень хорошим, хозяин!
Усяма(с ожесточением раскручивает гайку). Пилад…
Фидель. После чего все члены ленинского политбюро крепко, по-мужски целовались и, гуськом, по одному ползли туда, к Ленину в мавзолей…
Усяма(силится сдвинуть трон с места). Памаги мая, сволич такой…
Сдвигают трон, открывается люк. Молчат.
Усяма. Пашёль.
Фидель(испуганно на него смотрит). Куда?..
Усяма. Твая перьви, мая за твая.
Фидель(пятится). Я — первый?..
Усяма достает из-под паранджи плетку.
Но, хозяин… я очень боюсь мертвецов… я, хозяин…
Усяма. Пес… (Оттягивает его плеткой).
Фидель. Ай… (Убегает в тень).
