Саша пришла домой и разревелась. Вот что за невезение такое? Чертова болезнь испортила намечающийся роман! А вдруг у неё с Ильей что-нибудь получилось бы? Она не строила напрасных иллюзий. Илья без пяти минут москвич, она – провинциалка. Но ведь бывают же легкие увлечения, перерастающие в настоящие чувства?
Оба родителя были на дежурстве. Поэтому Саша выпила жаропонижающее средство, молоко с медом и в весьма дурном настроении завалилась спать.
Утром стало ещё хуже. Тут она уже позвонила маме:
- Мама, мне что-то дурно.
- Что такое? – устало спросила Вера Анатольевна.
- Температура.
- Что пила?
Саша перечислила.
- Так, давай-ка ещё вот что прими…
Слова матери доносились сквозь пелену.
- Саш, ты меня слышишь?
- Да, мам.
- Будь умницей. Уроки выучила?
- Ещё вчера.
- Отлично. Скоро буду…
Саша уже плохо слышала маму. Нажала на отбой и опустилась прямо на палас. Села и прикрыла глаза.
Надо бы позвонить папе…
Как ни странно, но Саше ближе был отец. С ним они больше проводили времени. Гуляли, разговаривали. Если ей было плохо, она шла к нему. Садилась рядышком, и Вадим Сергеевич тотчас обнимал дочь, притягивая к себе.
- Мелкая, что нос повесила? Рассказывай, что приключилось.
Вот и в тот день, чувствуя, что находится на грани, Саша нажала на вызов «Любимый папуля».
- Да, дочь.
Он ответил сразу же.
А она единственное, что могла сказать, так это выдохнуть:
- Пап…
- Саша, что случилось?
Тишина.
- Саша, ты меня слышишь? Сашуль! Сашка!
Через полчаса Вадим был дома и обнаружил дочь, без сознания лежащую на полу.
Двустороннее воспаление легких – таков был диагноз - итог дня, что сулил быть одним из самых лучших в девичьих воспоминаниях Александры.
А стал началом конца.
Сашу госпитализировали. Лечили. Всё, как полагается. Только где-то что-то пошло не так.
И прозвучали слова терапевта:
- Воспаление дало осложнение на сердце.
Тогда, три года назад, для Саши эти слова не прозвучали никак. Ну, осложнение и осложнение. Часто ли мы задумываемся о здоровье в шестнадцать лет? Да почти никогда. Нам кажется – вся жизнь впереди. Жизнь, непременно, долгая, полноценная, радостная, с интересными и незабываемыми моментами. Конечно же, с любовью. Где-то там, впереди, Судьбой уготована встреча с человеком, который наполнит каждый твой день радостью и смехом, и однажды ты услышишь, как под твоим сердцем бьется ещё одно маленькое сердечко.
Всё это ожидало Сашу впереди.
Так она думала. Тогда.
Осознание надвигающейся катастрофы пришло с глаз отца. С его осунувшегося лица. С некой затравленности во взгляде. Обреченности. Саша смотрела на него и медленно начинала осознавать – что-то не так.
А жжение в области груди повторялось с удручающим постоянством…
ЕГЭ в одиннадцатом классе ей «сделали». В прямом смысле. Два последних месяца перед выпускными экзаменами Александра в очередной раз провалялась в больнице, кочуя из одной в другую.
- Мам, пап, я нормально себя чувствую. Мне русский зубрить надо и…
- Мелкая, никаких «зубрить». Иди отдыхать.
На папу Саша посмотрела так, точно тот сошёл с ума. Как не учить… Он о чем? Родители ей с первого класса внушали мысль, что учеба для неё обязанность, детская работа. Они работают в больнице, она в школе. Все логично и правильно. Саша училась хорошо. Сама учёба ей давалась легко, девочка тянулась к знаниям. Учителя её любили. И тут…
У Саши ёкнуло в груди.
Она хорошо помнила тот вечер, когда, дождавшись ухода мамы на ночную смену, – теперь родители не оставляли её дома одну – она подошла к отцу и, предварительно заварив чай, тихо спросила:
- Папа, насколько всё серьезно?
Отец молчал.
- Папа, я хочу знать. Понимаешь… Хочу. Мне это надо. Я уже взрослая…
- Саша, тебе только семнадцать! – простонал отец, и его глаза наполнились болью. Той самой мужской, что обычно не показывают, которую таят и прячут. Тем более, родители от детей. – Семнадцать, понимаешь?!
- Нет. Не понимаю. Объясни, папа, - она протянула руки к своей чашке и увидела, что они у неё мелко подрагивают. – Я хочу знать.
Отец молчал.
Смотрел на дочь и молчал.
Перед ним сидела ЕГО девочка. Его малышка. Единственный ребенок, вырванный им когда-то у Судьбы. Он дрался за неё, вгрызаясь зубами в саму жизнь. Боролся, никогда не сдавался и не помышлял даже о том, чтобы свернуть с выбранного пути. Саша была самым желанным ребенком. Самым дорогим. Самым долгожданным. Его солнышко. Его отрада. Всю любовь, что он не смог выплеснуть на женщину, всю ту заботу и внимание, что она не пожелала когда-то принять, он направил на маленькое создание, что появилось в его мире.
Саша… Сашенька… Александра.
Девочка с золотыми волосами и лучистой улыбкой.
Послушный ребёнок, что не доставлял никаких хлопот и рос самостоятельной личностью, полностью подготовленной ко взрослой жизни.
И тут…
Диагноз.
Черная черта на девственно белом листе.
Вадим до сих пор не верил. Отказывался принять. Но звонок от брата, работающего в московской клинике, подтвердил верно поставленный диагноз.
Сердце.
У его малышки в любую секунду может остановиться сердце…
И как ей об этом сказать?
