Как иллюзорны были вечера,О, боже мой, когда вставало лето.И помнится, как будто бы вчераСедели знаки на конце берета.Стучали звуки, падая с угла,И, как по сцене, дни маршировали.В приподнятых углах немого ртаКолокола, как вестники, звучали.Встала утром, боже, вся седа,В зеркало глядеться нету мочи.Прежней юности, вчерашней, нет следа.Что же было этой страшной ночью?Шея вся в морщинах, рот беззуб,И следы веревки и удушья,Струпья на руках, ушах, у губ,Розги, платья, кандалы и прутья.Стул безногий, кровь на потолкеЧерный кот в провалах остекленья,Три ноги, рука и глаз в окнеБез глазницы. Острый запах тленья,Липкое постельное белье,Вдоль ноги мужские очертаньяСброшены попарно на тряпье,В беспорядке до неузнаванья.Нет одежды, некуда бежать,Половина тела на стенах и окнах,Нет дверей, а вязкая кроватьЧуть окостенела и промокла.<p>«Сколько пройдено, пропито и испито…»</p>Сколько пройдено, пропито и испитоС теми, с кем не надо было пить.Столько предано и позабыто,Что не надо было позабыть.Только помнятся ненужные потуги,Черный ветер и кольцо двора,И услужливые, как слуги,Блеки глаз из мехового дна.<p>«Забрались, не оглянувшись…»</p>Забрались, не оглянувшись,За границу, за заступницу.Ты обманна, ты не лучшеПрежних путниц.А уйти назад, не знаем как.Тяжелы, как два покойника,Ходим, рот кривим и маемся,И сидим у подоконника.Ты примятую постель застели,Помяни ты меня, помяни.<p>«Ты чего не из чего…»</p>Ты чего не из чегоСоздаешь проблемы?Разобьешь чего, чулокСпустишь до колена,Юбку, платье изомнешь, сядешь на кол,То и вовсе пропадешь,Как собака.<p>«Как кокотки, вежливо-устало…»</p>Как кокотки, вежливо-устало,Опадают на небе зарницы,И белеют, оголяясь вяло,На подушках розового ситца.Тишина и сырость у порога,По росе осколки всплесков синих.Точками следов отмечен путь немногихАнгелов, пульсирующих линий.В синеве разбросанное что-тоПрилипает к пальцам и подошвам.Гул помех, намеченный по нотам,Диссонансом бьется нехорошим.Отвлекаясь, путаясь, стираясьПо путям, намеченным незряче,Прилепляясь где-то болью с краюУ твоей волны, пахучей и горячей.<p>«Что-то двигаю на ощупь в вате тела…»</p>Что-то двигаю на ощупь в вате тела,Застреваю в опухолях вялых,Неужели это ангел белыйОпустился к нам на одеяло?Неужели это камень белый,Черный крест, обугленный над гробом?Господи, молю тебя несмело,Ей и мне, и мне, и ей немногоДай по вере, малой и убогой.<p>«Такая рыжая, как спелый апельсин…»</p>
