Дрался он, как машина. Его топоры мелькали, оставляя за собой кровавый шлейф. Он крутанулся, уклоняясь от когтей твари, и вонзил топор в её грудь. Тут же двинулся к следующей, его движения были точными, как у хищника. Но я заметил, как он уклонился от атаки, вместо того чтобы отбить её. Тем самым подставил спину одного эльфа под тот удар. Тот вскрикнул, когти разорвали его.
Этот гад не думал об остальных. Дэвид даже не обернулся на крик.
Когти ползуна мелькнули слева, но я заметил их раньше, чем успел подумать — «Периферийное чутьё» поймало движение на краю зрения. Я вскинул щит, блокируя удар, который иначе бы зацепил Катю. Она тут же подпрыгнула в воздух, рухнула на демона сверху и всадила клинки в шею, вырывая с хрустом.
Бой длился минуты, но казался вечностью. Мы потеряли ещё десяток бойцов. Наша кровь смешивалась с чёрной скверной.
Несмотря на то, что мы так и не нарушили строй и выстояли в этом хаосе, во многом благодаря точным выстрелам Лиандры и лучников, многие погибли.
Ползуны нападали снизу, выбегая из теней в самые неожиданные моменты. На моих глазах один демон уронил быка-танка на пол, ухватил за ногу и утащил во мрак парковки. Оттуда слышалось тяжёлое мычание и противные чавкающие звуки.
Демоны пировали.
Наконец, последние твари пали.
Мы стояли, тяжело дыша, окружённые трупами. Скверна под ногами всё ещё шевелилась, будто не соглашаясь с исходом.
Я взглянул на своих: Юки, залитый кровью, сжимал клинки, его грудь вздымалась. Димон не улыбался, разве что его шрам — парень всё ещё не опустил лук, высматривая тени. Лена, наоборот, расслабилась.
Катя вышла из тени, её кинжалы капали кровью, а взгляд был холодным, но она слегка улыбнулась Олесе, радуясь результату.
Что ж, могло быть гораздо, гораздо хуже!
Мы перебили сотню тварей, не меньше, я лично завалил с десяток. Хорошо, что этот монолит не был сильно напитан энергией. Здесь Лиандра и вправду показала свои знания — кто знает, что было бы, приди мы сюда сразу. Зачистка определённо дала плоды.
И этот её выстрел. На Е ранге определённо другой уровень силы.
Лиандра шагнула к монолиту, её бластеры уже нацелены на него.
— Всем стоять.
Мы замерли.
Лиандра прошептала себе под нос, но я услышал:
— Как разрез хирурга…
И выстрелила четыре раза с обеих рук. На этот раз бластеры выпустили тонкие, едва заметные полосы энергии, которые пробили поверхность с хирургической точностью прямо в центре монолита.
Глубокий костяной нарост треснул, а затем заскользил вниз по биомассе с противным хлюпающим звуком, будто гниющая кожа отрывалась от плоти.
Он обнажил пульсирующее ядро — багровое, похожее на сердце, опутанное сотнями алых вен, которые змеились по монолиту, как кровеносная система.
— Милена, — кивнула Лиандра.
Урмитка шагнула вперёд, её зелёная кожа блестела от пота, а клинки в руке сверкнули, отражая тусклый свет алых вен.
Она двигалась медленно, с хладнокровием хищника, её глаза сузились, будто она чего-то ждала.
Биомасса задрожала, и из него с влажным треском вырвались десятки щупалец — длинных, покрытых костяными шипами, с алыми венами, пульсирующими, как артерии.
Они быстро устремились к Милене, как змеи.
Юки было напрягся и сделал шаг вперёд, но Лиандра выставила руку и положила её азиату на грудь, покачав головой.
Я же смотрел вперёд.
В один миг Милена подпрыгнула, её тело закрутилось в воздухе, как смерч, клинок превратился в серебристый вихрь. Как будто она стала живой мясорубкой.
Щупальца тянулись к ней и лопались, как перерезанные канаты. Их чёрная кровь брызгала во все стороны, заливая скверну. Клинки урмитки рассекали шипы и плоть с такой скоростью, что я едва успевал следить.
Она приземлилась на одно колено, её дыхание было ровным, а вокруг неё валялись обрубки щупалец, дёргающиеся в лужах чёрной слизи.
Димон, как всегда, присвистнул, его шрам дёрнулся.
Милена шагнула к ядру, её клинок всё ещё капал чёрной кровью. Теперь она двигалась быстро.
Сотни алых вен, тянувшихся от ядра, пульсировали, будто пытаясь удержать жизнь в монолите.
Милена вонзала клинок в каждую, перерезая их одну за другой. Вены гасли, их свет тускнел, а чёрная слизь вытекала, шипя на бетоне.
Лена положила руку мне на плечо и указала пальцем прямо в центр монолита.
Я смотрел, как ядро замедляет своё биение. Его багровый свет угасал, оно сжималось, будто сердце, теряющее силы.
Наконец, Милена отрезала последнюю «вену».
Ядро замедлилось, будто сердце, пропускающее удары.
Скверна вокруг монолита посерела, будто пепел покрыл угли, и эта серая корка медленно распространялась ровным кругом, пожирая чёрную слизь.
Лиандра шагнула вперёд, её бластеры дымились, а оранжевые глаза сверкнули. Она посмотрела на Милену, затем на нас.
— Миссия выполнена, — сказала она, её рыжий хвост довольно дёрнулся. — Но это не всё. Монолит умрёт окончательно минут за тридцать. Это будет как сигнал — все демоны в округе сбегутся сюда. Если мы не уйдём, нам конец. Так что валим, прямо сейчас!
Я посмотрел на серую корку, которая уже покрыла несколько метров, распространяясь, как круги на воде. Скверна умирала.
