Задание, прямо скажу, было несложным. Я взял мобильник и позвонил Рыкову. Предварительная договоренность о подстраховке у нас была, так что мои вопросы его отнюдь не удивили. Кстати, именно поэтому милиция была на месте происшествия уже через пять минут после начала драки. Если бы не моя предусмотрительность и не рыковская расторопность, то жертв наверняка было бы гораздо больше. Выслушав ответы Олега, я повернулся к Вадиму:
— Информация сугубо предварительная: один из ваших парней тяжело ранен. Другой задержан милицией для выяснения. К сожалению, и у того, и у другого были изъяты стволы. Язон в поле зрения милиции не попал. Видимо, ему удалось скрыться. Авантюрист тоже благополучно ретировался с места происшествия.
— Какой еще авантюрист?
— Я имею в виду Феликса Строганова, это его прозвище.
Вадим продолжал сверлить меня глазами, то ли пытался смутить, то ли напугать. А у меня возникли большие сомнения, что он с такими далеко не блестящими умственными способностями дослужился до майора, по-моему, подобным сам Бог велел до голубых седин ходить в капитанах. Странно, что ему вообще поручили столь ответственное задание. Очень может быть, что как костолом он был незаменим, но в противоборстве со столь хитрым и увертливым игроком, как Феликс Строганов, шансы его были невелики. Похоже, кто-то из начальников Вадима неверно просчитал ситуацию и решил действовать нахрапом там, где требовался тонкий расчет.
— А ты случайно не в ментовке служишь, Игорь?
— Нет, Вадим, я вообще не служу. Веселов Игорь Витальевич. Фотограф. Имею лицензию на индивидуальную трудовую деятельность. Являюсь совладельцем кафе «Синяя птица», очень популярного в городе заведения.
— Машина тоже твоя?
— Разумеется.
— Для простого фотографа ты неплохо устроился.
— У соответствующих служб тоже возникали на мой счет подозрения, но потом все как-то утряслось. И я до сих пор числюсь благонадежным гражданином, исправным плательщиком налогов и надеждой нации.
— Фамилия «Веневитинов» тебе знакома?
— Наслышан. К сожалению, встретиться с этим господином не привелось. К слову, на мой взгляд, вы совершенно напрасно подозреваете Виктора Чуева в сокрытии средств. Вряд ли Роман Владимирович стал бы делиться финансовыми тайнами с непутевым отпрыском. Иное дело, если бы он готовился умирать и составил завещание, но, насколько я знаю, он собирался жить долго. Более перспективной мне представляется версия с неизвестным компаньоном Чуева-старшего, который, устранив подельника, прибрал к рукам куш.
— У нас имеются сведения из первых уст, что в смерти Романа Чуева повинен Строганов.
— Вы имеете в виду шофера Сырцова, которого безуспешно ищет прокуратура?
— Она его не найдет.
Мне осталось только повздыхать над несчастливой судьбой незадачливого Василия. Теперь понятно, что свое письмо к Чуеву-младшему он писал под диктовку недобрых дядей, уже догадываясь, наверное, о предстоящем конце, отсюда в нем такая обжигающая искренность. И что за сволочи, прости господи! Ну зачем было убивать человека?! Сунули бы куда нибудь в глухомань, и сидел бы он там, не высовывая носа. Но, судя по всему, я имел дело с масштабно мыслящими людьми, для которых жизнь какого-то там шофера Василия — тьфу. Конечно, Вадим проговорился о смерти Сырцова не случайно, это был намек и на мою безвременную кончину, если я вздумаю шутки шутить с серьезными людьми. Намек я понял, но не испугался, а только проникся отвращением к сильным мира сего. Впрочем, я их и раньше не любил.
— Ваша версия не опровергает мою. Феликс Строганов мог действовать по заданию компаньона Чуева-старшего. Двести миллионов долларов — это ведь большая сумма. И Зеленчук, надо полагать, выплачивал ее не наличными. Я не большой знаток в банковской сфере, но ведь кто-то снял деньги со счетов после смерти Чуева? А сделать это мог только человек, которому он доверял.
Не с Вадимом бы обсуждать эту проблему, поскольку мой новый знакомый понимал в банковских операциях еще меньше, чем я. Но, надо полагать, его непосредственные начальники были более искушенными людьми и, возможно, давно уже пришли к тем же выводам, что и я. А наезд на Виктора Чуева, довольно грубый по форме, был им нужен только для того, чтобы замаскировать свои действия против другого лица. Я не исключал, что Вадим просто не в курсе всей операции и ему поручена локальная задача.
— Вас подбросить домой, или вы мне не доверяете?
— Я вам доверяю. Более того, надеюсь на вашу помощь. Вы должны найти Язона и вытащить из милиции моего человека.
