Всю жизнь я считал себя неплохим бойцом. Я и есть весьма неплохой боец…
Отметины, оставшиеся от «поединка», не зажили до сих пор. А тогда Чонотакс осведомился, сам я встану или помочь, честно поделил наш золотой запас пополам и отбыл…
– В той драке не было никакой магии, – сказал я неохотно.
– Да, – Танталь кивнула. – Вот я и говорю… Он бережет себя. Избегает малейшего усилия. Ведь будь он в обычной своей форме… понимаешь?
Я вспомнил трагическую гибель фамильной шпаги. Падающие на пол тяжелые капли и жалобный огрызок у себя в руках.
– Похоже, ты изучила его лучше, чем мы, – сказал я, в моем голосе яснее, чем следовало, прозвучал сарказм.
– Возможно, – Танталь подняла подбородок, – У нас мало времени, но у нас есть время… Черно не пойдет к Тории сейчас. Ему нужно… – она неуверенно запнулась. – Месяца полтора…
– Ты уверена?
Некоторое время мы смотрели друг на друга.
– Нет, – сказала Танталь честно. – Я предполагаю.
– А если ты неправильно предполагаешь? – это вмешалась Алана.
Танталь сжала губы.
– Мы должны поторопиться, – сказал я вкрадчиво. – Как можно скорее… кстати, Танталь, ты забыла сказать – что мы должны делать?
– К Эгерту, – она отвернулась. – Эгерт найдет… способ вызвать Скитальца. Ну, хотя бы связаться с ним…
– Здорово, – сказал я после паузы, и сарказм в моем голосе наливался соком, как ягода волчьего лыка.
Как случилось, что о человеке, который может… мог бы… страшно помыслить, но мог бы избавить меня от Приговора… я узнаю последним?!
Желчная улыбочка сама собой выползла мяе на губы.
Я не мальчик. Я давно уже не верю в падающих с неба спасительных Скитальцев…
– Пойдем обедать, – сказал я бодро.
Алана проскользнула на лестницу первая. Ступеньки стонали и визжали, звук перекатывался коридорами, все здание имитировало некий невозможный музыкальный инструмент, я поймал Танталь за рукав как раз в тот момент, когда моя жена, увлеченная музицированием, уже распугивала жильцов где-то на первом этаже.
– Один вопрос…
Ее глаза разом остыли. Именно так она смотрела давным-давно, в замке, когда сообщил ей, что некий злобный маг…
– Нет, – сказал я поспешно. – Я не о том… Ты уверена, что Черно несет миру погибель, а не, к примеру, процветание?
– Именно так спрашивали друг у друга те, кто не в силах был остановить ломящегося в Дверь Чужака… Именно этой надеждой тешились.
– А причем тут Чонотакс? Он ведь не Чужак?
– Это второй вопрос, – Танталь осторожно высвободила свой рукав. – Но если ты предлагаешь оставить все как есть…
– Нет, – сказал я поспешно, – Танталь… А когда, в какой момент ты поняла… ну, впервые предположила, кто такой Чонотакс и зачем ему Амулет?
Она нервно облизнула губы.
– Когда ходила с ним к Преддверью? Да?
Я говорил так тихо, что сам не слышал собственных слов.
– Танталь, ты действительно веришь во все это? В погибель мира?
– Тория, – Танталь невольно взглянула вниз, туда, где уже стихло завывание ступенек. – Тория не переживет похода туда. Ее сознание, поврежденное… раненное… Я не хочу, чтобы Тория умирала так.
Тоже верно…
– Но ведь Алана пережила, – сказал я тихо. Ступеньки визжали теперь в обратном направлении. Алана шла проверить, не секретничаем ли мы в ее отсутствие.
Танталь вдруг сама взяла меня за руку. Непривычно взяла – очень крепко. Очень тепло.
– Я хотела сказать тебе, Ретано… Спасибо. Я давно хотела это сказать. Ты…
– А ты? – быстро спросил я, пытаясь сдержать волну самодовольства, захлестнувшую меня от этих се слов. Волна была упоительная, горячая, кажется, еще чуть-чуть, и я покраснею…
Не время краснеть. Не время для сладкой истомы. Не тот момент.
Танталь выпустила мою руку. Нервно потерла ладони.
– А что я? Легко пережила… процедуру? Да? Ты об этом?
Ступеньки визжали уже совсем близко.
– Он меня прикрыл, – сказала Танталь, и я еле расслышал. – Я не хотела… Потому он настомко обессилел. Потому что тратился еще и на меня…
Над крутым веером ступенек показалась голова Аланы. Моя жена ничего не сказала. Только прищурилась – и взгляд был красноречивей слов.
– Мы идем, – сказал я бодро. Танталь молчала. Как она тогда говорила ему? «А если я попрошу тебя, Черно?» А он вполне внятно ответил в том смысле, что проси-не проси…
Странные люди эти господа маги. Впрочем, странности в них не больше, чем в любой наугад взятой женщине.
Мы собирались выехать сразу после полудня – но наши планы оказались неожиданным образом расстроены. Стоило нам усесться за обед, как в гостиницу прибыл расфуфыренный, в шелках и перьях гонец, и послание, которое он принес, предназначалось «двум благородным незнакомкам, впервые посетившим благословенный город Доц, прекрасным дамам Алане и Танталь».
– Ну ничего себе шпионская сеть, – сказала Танталь с отвращением.
Надо сказать, что в книгу постояльцев мы записались под своими именами, поскольку скрываться нам было уже не от кого.
Отправителями письма значились скромные «Л. и К.» Зато на печати оттиснута была герцогская корона; я поднял на гонца вопросительный взгляд. Тот поклонился.
– Властители Лларис и Колвин, милостью Неба владыки Лоца…
