У Пэдди вытянулась физиономия: «И теперь ты будешь мне рассказывать, как это делается. Шестьсот восемьдесят пять. Шесть плюс восемь – четырнадцать. Один плюс четыре – пять. Это третья цифра. Кроме того, с четырнадцати начинается второе число – тысяча четыреста сорок четыре. Сумма двух последних четверок – восемь. А так как этих четверок две, умножим восемь на два и получим шестнадцать. Шесть минус один – пять, и снова получается тысяча четыреста сорок четыре. А две тысячи пятьсот девяносто…»
Фэй прервала его: «Когда ты кончишь болтать, как последний идиот, найди в альманахе Коресценс».
Пэдди пролистал «Справочник Союза Лэнгтри»: «Здесь нет никакого Коресценса».
«Нет?» – огорченно спросила Фэй.
«Нет. Но мы его найдем. Понадобится камера. А также излучатель с регулятором длины волны».
«Хороший фотоаппарат лежит в носовом шкафу для оборудования. В пятом отделении, если мне не изменяет память. Еще нам нужны респираторы, но их можно получить на космическом вокзале. А излучатель нам могут сделать в Аэвелье».
«Правильно. Сейчас начнут передавать новости. Давай послушаем».
Фэй включила приемник. Из громкоговорителя донесся голос, говоривший на наречии шаулов: «Из столицы поступило официальное сообщение, подтверждающее достоверность слухов, распространявшихся в системе уже на протяжении нескольких недель.
Кольчейю, Сын Лэнгтри с Шаула, вместе с Сыновьями с Альфераца А, Бадау, Лористана и Котó, был убит пиратом-землянином во время ежегодного совещания.
Землянин, осужденный преступник по имени Патрик Блэкторн, сбежал и находится в розыске – в самом широкомасштабном розыске в истории Галактики. За его поимку обещана беспрецедентная награда. Сообщается также, что Блэкторн, возможно, похитил ценную информацию о конструкции сверхсветового двигателя.
Новый Сын Лэнгтри с Шаула, Чейонкив Десса, объявил, что убийство пятерых Сыновей не привело к возникновению катастрофической ситуации, и что сказочные награды обещаны лишь для того, чтобы чудовище с Земли понесло заслуженное наказание.
О появлении Блэкторна поступали сообщения из сотен различных пунктов, и обоснованность каждого такого отчета тщательно проверяется полицией. В последний раз надежные сведения о местонахождении Блэкторна поступили с планеты Туз Пик в Воровском скоплении – там его видели в обществе молодой женщины с Земли, имя которой не установлено. Тем не менее, найдены другие улики, которые власти не публикуют».
Пэдди откинулся на спинку сиденья: «Ха! Нас ищут днем с огнем под микроскопом!»
«В космосе всегда можно укрыться, есть бесчисленное количество планет, маленьких и больших, – сказала Фэй. – Они прекрасно понимают, что мы давно спрятали концы в воду и улетели из Воровского скопления».
Потирая лоб, Пэдди поморщился: «Рано или поздно нас подвесят за ноги с перекладины – или мы будем вопить и дергаться в нейросбруях». Он провел ладонью по жесткой светлой щетине, покрывавшей теперь его голову: «Существование зайца, вечно убегающего от гончих псов, учит человека ценить каждый свободный вздох. А под рукой нет даже священника, который напутствовал бы тебя в мир иной».
«Пшш! – отозвалась Фэй. – Можешь исповедаться мне, если тебе так приспичило».
«Ладно – почему нет? Стремление исповедаться облегчает бремя вины, очищает душу. Вот что я тебе скажу, сестрица, – Пэдди сосредоточил взор на перегородке кабины. – Согрешил я на планете Маэв… но следует учитывать, что такому искушению любой поддался бы на моем месте.
А! Там, в Меране, есть цветущий сад – терраса, где мужчины сидят под сенью платанов и пьют местное мягкое пиво, сытное и свежее. Туда приходят, покачивая плечами, девушки с большими влажными глазами и длинными коричневыми ногами.
Они вставляют жемчужины в пупки и носят изумрудные серьги, а когда они бросают на тебя долгие неторопливые взгляды, между тобой и представлениями добропорядочного христианина течет медовая река, и всякая воля к сопротивлению улетучивается, как чайки с берегов Кровавого Форленда… Так вот…»
Лицо Фэй исказилось яростью и отвращением: «Исповедь! Тьфу! Опять одно бахвальство!» Она принялась расхаживать по кабине: «Шаулы совершенно правы. Земные варвары ни о чем не думают, кроме низменных инстинктов».
«Зачем же так, дорогуша…»
«Никакая я тебе не дорогуша! Я – агент Земли! Увы! Если бы я не выполняла важнейшее задание в моей жизни, я тут же вернулась бы на Землю и убежала бы от тебя как можно дальше – с глаз долой, из сердца вон!»
«Успокойся, не волнуйся. Ты не знаешь, как хорошо ты выглядишь, когда розовеешь от злости!»
Фэй горько рассмеялась: «От злости? Ты слишком много о себе думаешь!» Она решительно направилась в камбуз, налила себе миску супа и в угрюмом молчании съела суп, закусывая сухариками.
Все еще не глядя на Пэдди, она произнесла в сторону: «Мы приземлимся через пару часов».
