Здравствуй и встречай Калифорния! Никак не ожидал, что окажусь тут, но вот он я! А это значит, подвиньтесь, в городе новый шериф! Продолжение приключений нашего современника, оказавшегося в теле Александра Гамильтона, первого министра финансов…
— Пожалуй, это всё Николай Петрович, давайте прощаться. Угля мы вам загрузили столько, что до самого Петербурга хватит. Даже если на одних машинах идти будете, всё равно хватит.
— Очень на это надеюсь, Александр Иванович. Всё-таки считай, пол кругосветки сделать придётся. Как раз то, что не я не добрал с Крузенштерном.
— Письмо Государю Императору при вас?
— Как можно? Конечно оно у меня.
Резанов расстегнул камзол и достал из внутреннего кармана письмо, которое я ему дал полчаса назад.
— Вот и славно. Ну, с Богом!
Я крепко пожал Резанову руку, и тут дверь распахнулась, в мой кабинет буквально влетел Плетнев.
— Фух, успел! Боялся что ты без меня отчалишь, — с ходу выпалил он обращаясь к Резанову.
— Я и не сомневался, что ты успеешь, Иван.
Втроем мы прошли на пристань. Там, под охраной четырёх вооружённых семинолов ждал груз в Петербург: почти пятьдесят пудов пушнины и десять пудов золота. Всё это мы собрали, чтобы показать Александру первому полезность Русской Америки.
Кроме того погрузку ждали пять десятков винтовок, десять револьверов, десять ящиков патронов и двадцать килограмм нитроцеллюлозы, мой личный вклад в снаряжение экспедиции и вполне очевидный намёк царю, что я очень хочу дружить.
Резанов пойдёт домой восточным маршрутом, через Тихий и Атлантический океан. Для этого путешествия мы подготовили два корабля. Старую добрую «Святую Луизу» и новенький угольный танкер «Кадьяк». Именно он гарантия того что Николай Петрович доберется без приключений и достаточно быстро.
Машины на обоих кораблях стоят новенькие, все необходимое для ремонта практически любой степени сложности у экспедиции имеется. В общем, мы по максимуму подготовили Резанова, надеюсь, что сюрпризов не будет.
Надеюсь, в этот раз у него получится попасть в Петербург, теперь ему не нужно рвать жилы и изо всех сил спешить в Петербург. Юная Кончита, которая теперь уже Мария отправляется с ним…
Вот и всё корабли, скрылись за горизонтом, пора возвращаться к текущим делам. У меня тут война как никак!
Сказать, что наше прибытие стало большим сюрпризом для местных, это всё равно, что промолчать. Еще бы, маленькая испанская миссия до сих пор под большим впечатлением от прибытия русских под командованием Николая Резанова, а это даже не вчерашняя новость.
А тут, откуда не возьмись, четыре огромных, окутанных дымом корабля, которые как к себе домой заходят в бухту, становятся на якорь и как будто так и надо начинают разгрузку!
Как и полагается испанскому маркизу и путешественнику, практически без пяти минут конкистадору, я высадился на берег в первой шлюпке. Католического священника и испанского флага со мной, конечно, не было, но я даже не знаю что более солидно, эти традиционные атрибуты или пяток вооруженных до зубов семинолов, охраняющих меня и моих спутников.
На берегу нас встречала целая делегация. В ней особенно выделялись два офицера, испанский и русский. Первым ко мне подскочил испанец:
— Хосе Дарио Аргуэльо, комендант форта Сан-Франциско, простите, с кем имею честь?
— Очень приятно, Маркиз Алехандро де Каса Альмендарес. А это мои спутники: моя жена Мария Мануэла, камердинер Барри О'Салливан, и командир моего флагмана Иван Плетнев, — я поворачиваюсь к своим спутникам и вижу странную картину:
— Николя! Чертяка! Ты как здесь оказался, — Иван Петрович спрыгнул с шлюпки, пробежал пару метров и с разбегу обнял русского.
— Иван, у меня к тебе тот же вопрос! Ты же в Адмиралтействе служишь.
— То дела прошлые, это очень долгая история, я теперь служу вот этому человеку, — Плетнев подошёл ко мне и представил своего, очевидно если не друга, то приятеля:
— Мистер Гамильтон, разрешите вам представить моего старинного друга, Николая Петровича Резанова.
Вот это поворот! Хотя о чем это я, учитывая, как называются корабли, которые я увидел, очевидно, что и Резанов должен быть тут. Другое дело, что это очень большое совпадение что Резанов и Плетнев знакомы.
Хотя, с момента моего переноса в это время вся моя жизнь это череда сплошных совпадений, почему бы не случится очередному из них.
— Здравствуйте, Николай Петрович, очень рад познакомится, — ты смотри, как удивился, еще бы! Я же поздоровался на русском. Ну ничего дорогой граф, это только начало, я вас еще не раз удивлю. И ни два, и ни три…
— Взаимно, мистер Гамильтон, — Резанов хотел что-то сказать но его перебил комендант местного форта:
