Мы стояли как вкопанные и смотрели на расправу ошалелыми глазами. Никто из нас и не попытался вступиться за беспомощных адаптеров. Мысль о том, что с подачи этой парочки мы чуть было не отправили сами себя в Беспросветную Зону, изгнала из нас остатки гуманизма. И впрямь, откуда в Катапульте взяться ступенькам? Концептор яснее ясного продемонстрировал, что открытый нами якобы выход из башни предназначен для движения лишь в одном направлении. Но мы так рвались на свободу, что в запарке проигнорировали этот очевидный намек. Но где же тогда располагался настоящий выход из Юдоли?
– Послушайте, а вы уверены в том, что насилие необходимо? – Дядя Пантелей был единственным, кто попытался выразить протест против устроенного Рипом бесчинства. Избавившись от адаптеров, тот не угомонился и теперь волочил к Катапульте вяло брыкающегося Феба.
– Возможно, с адаптерами я погорячился, – признал ренегат. – Но если не желаете сталкиваться с гасителями в ближайшем будущем, от этого чемпиона нам нужно непременно избавиться. На какой срок он пообещал устроить вам Гашение?
– Твердил о бессрочном, – ответил Иваныч и полюбопытствовал: – Это что, местный аналог пожизненного заключения?
– Заключения? – снисходительным тоном повторил Рип и, наподдав в сердцах Фебу прощального пинка, отправил того в полет к мрачной окраине Вселенной. Затем отряхнул руки и продолжил: – Если бы вы знали, что на самом деле вам грозило, у вас и в мыслях не возникло бы желания заступаться за этих чемпионов! Да, ссылка в Беспросветную Зону – ужасное наказание. Отправляя туда неугодных, Держатель лишает их всего, кроме самого главного – Света. Ссыльный превращается в обычного шатуна и не может вернуться в Ядро, но у него остаются Свет и свобода. Гашение – это не ссылка. В обычном виде оно – всего лишь временное наказание. Чемпион не изгоняется из Ядра, но ограничивается в свободе перемещения и полностью лишается Света… Агата, плесни-ка на Концептор еще водички – чувствую, излучение слабеть начинает.
Банкирша метнула в Рипа недовольный взгляд, но подчинилась и, по примеру прапорщика, «перезарядила» наше тактическое оружие.
– Я думал, никто в этой Вселенной не может отобрать у нас право на Свет, – пробормотал огорошенный Тумаков.
– Никто, кроме Держателя Пупа, – поправил его адаптер. – Ему здесь дозволено абсолютно все. И если он решит, что пришла пора преподать кому-то урок, значит, так оно и случится. Иногда – за дело, иногда – просто чтобы чемпион не зарывался. А что еще может заставить его трепетать перед Держателем, как не принудительное лишение Света? Для этого Пуп и создал гасителей во главе с координатором Фебом, который с этой минуты уже стал историей.
– Из чего же Пуп вылепил этих гавриков? – спросил Охрипыч, кивнув на высунувшего язык исполинского монстра. – Неужели тоже из Света?
– Из чемпионов, неугодных Держателю, – прояснил загадку Рип. – Теперь они – сами себе тюрьма и колодки. Пуп соединил тела и разумы преступников в единое целое, поставил над ними «пастыря», и вот перед вами результат: гигантское существо, утроба которого служит для изоляции от Света таких отщепенцев, как вы и я.
– Позвольте, но если Свет для всех обитателей этой Вселенной – единственная пища, – недоуменно воскликнул дядя Пантелей, – то чем же мы должны были питаться во время Гашения?
– Ничем, – развел руками адаптер. – В этом и заключается суть данного наказания. Убить бессмертное существо невозможно, однако заставить его вечность корчиться в муках от светового голода – проще простого. Чрево гасителя – мир теней, страдающих во мраке от отсутствия Света и лишенных мало-мальской надежды когда-нибудь снова его увидеть. Какая удача, что идея форсировать мощь Концептора осенила вас именно тогда, когда гаситель находился поблизости. Грубо говоря, я еще катился у проглотившего меня чудовища по языку и едва догадался, что стряслось, тут же рванул наружу. И успел оградить вас от неминуемой критической ошибки!
Желая подчеркнуть эту немаловажную для изменника деталь, Рип поднял указательный палец.
– На кой ляд ты вообще убегал? – осведомился Хриплый. – Решил, что гасители нас сожрут, а тебя не заметят? Зачем тогда вообще сунулся в Юдоль и божился, что выбрал наиболее безопасную дорогу?
– За лохов нас держал! – поддакнул Паша. – Хотел друзей Фебу продать! В обмен на амнистию! Думаешь, мы не знаем, что твоя байка про восстановление Трудного Мира – полная лажа?
