— Это мой класс Хулиган, а не я, спасибо. — Обернувшись к Булочке, мрачно ответил Линь Цзиньгуань.
— Тебе не нравится Хулиган? Тогда почему ты его выбрал? — спросил Булочка.
— Я… — Линь Цзиньгуаню нечего было сказать. Этот Булочка связал внутриигрового Хулигана с настоящим хулиганом. Да, класс Хулигана имел ауру уличного преступника, но это была всего лишь игра! Неужели, чтобы играть классом Хулигана, нужно было в реальности быть преступником?
Линь Цзиньгуань посмотрел на Булочку через прозрачные стёкла очков, обнаружив, что он не может ничего ему ответить. Образ этого парня отлично подходил классу Хулигана. Его причёска, манеры, внешний вид: спроси у людей на улице и те скажут, что тот выглядит настоящим хулиганом. И, надо сказать… весьма привлекательным хулиганом.
— Хаха… — помимо слабого смеха, Линь Цзиньгуань не нашёлся с ответом. В итоге трэш болтовня Счастья произвела кое-какой эффект, но эффективной оказалась трэш болтовня не опытного Е Сю, а новичка Булочки.
К счастью команды наконец-то пригласили выйти на сцену.
Е Сю, Хань Вэньцин…
Когда два капитана пожали друг другу руки в центре сцены, стадион взорвался энергичными аплодисментами.
Десять лет!
Оба игрока однажды стояли на вершине Славы. У каждого из них были свои взлёты и падения. По прошествии десяти лет они продолжали стоять на этой сцене, на этом поле боя, напротив друг друга.
Вне зависимости от чувств людей к этим игрокам, они не могли их не уважать. Пожав руки, парни приготовились к новой битве, снова, после стольких лет сражений. Зрители поддержали их аплодисментами, и было неважно, являлись они фанатами Счастья, Тирании или старой Великолепной Эры. Лица людей излучали волнение.
Но после этих аплодисментов…
— Убей его!
На стадионе Сяошань прозвучал грубый призыв к убийству. Дань уважения была отдана, поэтому следующим шагом шло установление доминации.
Е Сю и Хань Вэньцин соперничали друг с другом на протяжении десяти лет, но, то же самое можно было сказать и об их фанатах. Даже если отбросить в сторону команды двух игроков, одних их имён было достаточно для возникновения пылающего хаоса.
Эмоции зрителей на стадионе начали ярко пылать. В поднявшемся шуме игроки продолжили пожимать друг другу руки. После этого игроки вернулись на свои места. На сцене остался стоять только Е Сю.
— Ооооо!!! — Разумеется, на домашнем стадионе Счастья было много фанатов этой команды. Увидев оставшегося на сцене Е Сю они мгновенно пришли в восторг. Они хорошо знали, что это значит. Это значит, что Е Сю снова первым сражался на сцене. Начиная со второго раунда регулярного сезона и заканчивая вторым раундом плей-оффа, он всегда первым представлял Счастливую команду в индивидуальных раундах.
37?
Преданные фанаты Счастья больше не узнавали это число.
39!
В плей-оффе не было индивидуальных соревнований, была лишь групповая арена, но нельзя было рассчитывать, что кому-то удастся в одиночку победить пятерых оппонентов, не так ли? Так как Е Сю уже дважды победил своих первых оппонентов на групповой арене, фанаты Счастья зачли ему эти победы в индивидуальный рекорд. Некоторые люди даже начали подчёркивать, что рекорд Е Сю составляет не 37, а 39 побед.
Вполне возможно вскоре их будет 40, потому что Е Сю снова первым представлял Счастливую команду. Со стороны Счастья больше не было неопределённостей. Предматчевые формальности были соблюдены, поэтому Е Сю остался бесцельно блуждать по сцене.
Раньше это бы был очень ценный кадр, потому что Е Сю никогда не появлялся на публике. Он всегда хорошо скрывался. Но к этому моменту уже прошёл целый сезон, поэтому окружавшая его аура таинственности давно исчезла. Когда он начал блуждать по сцене перед всеобщими взглядами, создалось впечатление, что он провоцирует Тиранию.
Я здесь. Кто из вас спустится, чтобы сразится со мной?
— Кто выйдет? — Фанаты Счастья знали, как поднять хайп. Они начали выкрикивать этот вопрос.
— Хань Вэньцин, осмелишься выйти? — воскликнул кто-то. В теории фанаты Счастья, если они не были бывшими фанатами Великолепной Эры, не имели причин ненавидеть Хань Вэньцина. Однако все знали, что Хань Вэньциня и Е Сю связывала общая история, поэтому они были не прочь помочь своему капитану с провокацией другой стороны.
Разумеется, всем нравились подобные темы, поэтому вскоре весь стадион начал помогать Е Сю звать Хань Вэньциня.
Фанаты Тирании не имели возможности ответить.
Так как порядок выступающих игроков определялся до начала матча, команды не имели возможности изменить порядок выхода своих игроков только из-за криков зрителей на стадионе.
Но… решение Счастья отправить Е Сю первым на сцену выглядело вполне очевидным, не так ли? Зная это, отступит ли Тирания?
Нет!
Конечно нет!
Это была Тирания, это был их капитан Хань Вэньцин. Зная, что перед ним предстанет Е Сю, отступит ли он?
Какая шутка.
Когда фанаты Тирании подумали об этом, их сердца наполнились уверенностью. Они тоже начали звать своего капитана, словно его выход на сцену был гарантирован.
Шум продолжался до момента появления на цифровом мониторе имени первого игрока Тирании.
