Думая так, Дуня ни капли не лукавила. Купцы Матвеевские роднились крепко. Отличаясь щедростью, братья деньги считать хорошо умели. Так средний брат построил особняк и склады в Москве, прикупив павильон в торговых рядах. Старший и младший — дома и склады в столице. Решили, к чему лишнее тратить, когда можно, к примеру, всем вместе пользоваться. Капиталы раздельные имели, но ссуда друг другу беспроцентная, а то и безвозмездная помощь — всегда пожалуйста.
Карета и коляска выехали на Тверскую, миновали дом московского генерал-губернатора и свернули в переулок, где располагался департамент сената, к которому относилось и магическое отделение. Перед въездом во двор здания стояла караульная будка, выкрашенная, как и все остальные в присутственных местах в чёрно-бело-оранжевые полоски.
Дуня сунула Платону в руки бумаги, и тот предъявил их открывшему дверцу кареты будочнику. Полицейский посмотрел бумаги, вернул и сказал, козырнув:
— Проезжайте.
Двор департамента оказался достаточно большим, чтобы вместить в себя два павильона с куполообразными крышами, соединённые между собой крытым переходом. К вышедшим из кареты и коляски путникам подошёл драгунский офицер, зелёный мундир которого украшал шеврон с молнией. Платон протянул ему выправленные ярославским градоправителем бумаги. Дуня, между делом подошла к кучерам и распорядилась:
— По приезду отправьте одну коляску в столицу, в особняк графа Лыкова. Приставляю к вдовствующей графине и тётушкам, они покуда в столице побудут.
— Позвольте спросить, Авдотья Михайловна, а кому из нас ехать? — спросил кучер коляски, теребя в руках картуз.
— Сами меж собой разбирайтесь, чай не маленькие. Денежки на поездку у дядюшкиного управляющего возьмёте, — ответила Дуня.
Демьян и второй кучер многозначительно переглянулись. Дуня готова была об заклад побиться, что в столицу поедет третий кучер, что в дядином особняке остался. Да ещё преподнесут, словно она распоряжение такое дала. Дуня усмехнулась. Всё же был у её свекровушки талант — против себя людей настраивать.
— Дуня, пора нам, — произнесла Глаша, незаметно подошедшая.
Дуня обернулась.
Офицер успел документы проверить и открыть дверь ближнего павильона. Платон вёл туда под руку маменьку, следом шли тётушки, за ними полицейские, состоящие при портале, несли саквояжи, выгруженные из кареты и коляски.
— Ну, езжайте с Богом, — сказала Дуня кучерам. Глаша им на прощание кивнула.
— Доброго пути вам, хозяюшки, — произнёс Демьян и они со вторым кучером откланялись.
Пока шли в павильон, Глаша быстро шепнула:
— Странная сегодня Платонова маменька. За всю дорогу ни одного словечка плохого не сказала о приёме в купеческом особняке.
— Никак, в кои-то веки угодили? — удивилась Дуня.
Они вошли в павильон и остановились, потрясённые роскошной, словно в дворцовом зале обстановкой, вот только на потолке не роспись была, купол оказался стеклянным с красочным витражом. На витраже красовался герб Москвы — Георгий Победоносец, убивающий змея.
— Будьте добры, сударыни, проходите, присаживайтесь, сейчас вам инженер-портальщик расскажет о правилах перемещения, — произнёс офицер.
Дуня с Глашей присели рядом с остальными в обтянутые бархатом кресла и уставились на ранее не замеченного мужчину средних лет, в форме инженера, но с той же молнией на рукаве. Мужчина довольно равнодушным тоном объяснил, что пассажирам предстоит перейти в кабину из сверхпрочного стекла с магической оплёткой. В кабине они проедут по пространственному тоннелю в течение десяти минут. В это время не рекомендуется вставать с мест. Также не рекомендуется дотрагиваться до стенок кабины.
— Чем это грозит? — спросила Дуня с интересом. Глаша тоже уставилась на инженера-портальщика, ожидая ответа.
Портальщик, правильно истолковал этот интерес и заблестевшие глаза двух пассажирок, сразу растерял всё равнодушие и ответил:
— Прямого вреда это не принесёт. Однако магическая оплётка может воспринять наделённого даром за амулет и потянет из него магию. Разумеется, вытянет немного, но ощущения будут не особо приятными. Знаете, поручик, — обратился он к драгунскому офицеру, — пожалуй, я лично пассажиров доставлю. Вспомнил, что есть у меня в столице одно дельце.
Он пошёл к двери второго павильона, открыл. Обстановка там оказалась более лаконичной, но в центре стояла прозрачная кабина, стенки которой поблескивали разноцветными искорками. Полицейские занесли в неё багаж и вышли.
— Эх, такой эксперимент обломился, — шепнула Дуня на ухо подруге. Глаша даже возражать не стала, ей самой очень хотелось прикоснуться к так заманчиво переливавшемуся стеклу.
