В семье Ники царила конкуренция, непонятно как так случилось, родители старались ничего такого не делать, не сравнивали показательно детей, хвалили одинаково. Как-то просочилось. По настоящее время настоящей звездой семьи из молодого поколения считалась старшая сестра Татьяна. Она полностью повторила научные интересы матери. Защитила кандидатскую. Вышла замуж на очень хорошего парня из такой же старой профессорской семьи. К двадцати восьми родила двоих детей и занималась их воспитанием, не слишком отвлекаясь от работы. Ника упала в глаза семьи и надолго исчезла с горизонта. Кира оставалась в середине, но не на последнем месте. С личной жизнью не задалось, она преподавала в институте и близка к кандидатской степени, но ее статус гораздо ниже, чем удалось занять старшей. Она живет с родителями. Конечно, можно снимать или взять ипотеку. Они жили в большой квартире, в старой части города. И все, что она могла себе позволить сильно уступало по комфорту чем то, что она имела у родителей. Теперь вот Ника не только неожиданно объявилась, но и вырвалась из аутсайдеров. Кира страдала и чувствовала себя неуверенно. Сама не замечая, она напропалую флиртовала со Львом, переносящим ее поведение стоически.
Переместились на диван, журнальный столик заставлен сладким, конфетами, печеньем и в центре ваза с фруктами. Прислугу Лев отпустил еще до начала ужина, они вполне справлялись вместе с Никой, компания небольшая. Терновский предложил кофе или чай, никто не проявил особого энтузиазма. Кира лениво щипала гроздь винограда. Лариса Анатольевна приступила к долгим прощаниям и постепенно поджимала Нику к углу дивана, вытягивая из нее обещание в ближайшее время приехать в Москву. Сориентировавшись по обстановке, Лев решил, что им совсем не помешает еще одна бутылка вина и пошел за ней на кухню. Кира бросила быстрый взгляд в сторону Ники, окруженной родителями, выдержала малюсенькую паузу и пошла следом за ним.
Никто из них не выпил слишком много, они приличные люди и умеют обращаться с алкоголем. Однако выпито достаточно, чтобы чувствовать приятную легкость в теле и мыслях. Естественные стопоры, осторожность и контроль ослаблены. В другой момент Кира подумала бы дважды, но сейчас она немного пьяна и на первый план выступила ревность к сестре, целую неделю ее задвигали на вторые роли, даже больше, она выступала в незавидной роли массовки. Никто не может терпеть такое слишком долго. Во всяком случае, не она. И еще Терновский вежливо держал ее на расстоянии, хотят изначально или нет, мужчины отвечают на заигрывания. Соблазнить пара пустяков. Кира не собиралась заходить слишком далеко, подразнить, снова почувствовать себя на коне, уступить изменщика сестре, преисполнившись чувством собственной исключительности. Она застала Льва с бутылкой в руках, он срезал сургуч и вкручивал в пробку штопор.
— Я так рада, что мама помирилась с Никой, — с ходу начала Кира, у нее захватывало дыхание от ужаса, из-за того, что она собиралась сделать, она торопилась, боясь передумать и времени у нее не так много.
— Хорошо, — подтвердил Лев, не отвлекаясь от бутылки. — Семья должна держаться вместе.
— И надо же, мама вообще не вспоминает, решила забыть, ни разу не упомянула, а тогда, казалось, мы навсегда потеряем репутацию, — погрузилась в прошлое девушка.
— Мы живем не в средние века и ваша семья не древний китайский клан, — резонно заметил Лев, он презирал электрические открывашки, считая их приспособой для девочек, не пользовался и французским штопором с лапками, обычный штопор с простым рычагом требовал внимания.
— Ты просто не знаешь…, — настойчиво продолжала Кира, полностью игнорируя, что пока ей Льва заинтересовать не удалось. — Сначала огромным ударом для мамы стало, что Ника не собиралась поступать, она отлично училась, у нее золотая медаль, после школы отказалась подавать документы. Мама почти успокоилась, собиралась переубедить ее за год. Потом всплыло то видео, его нам всем в телеграмме разослали. На нем Ника голая по пояс стояла на коленях перед каким-то мужиком. Видео слили с сеть. Ты не представляешь, что у нас было.
Терновский замер, оставил бутылку в покое, вообще убрал от нее руки, положил ладони на край кухонного стола, плечи его окаменели, но он заставил себя расслабиться. Вот же маленькая гадина. Обернулся он к ней уже улыбаясь, всем видом показывая, что ей удалось вызвать интерес. Оперся задом на край стола.
— Вот как? — чуть наклонил голову к плечу. — Что же было потом?
— Скандал, что же еще? — девушка ощутила холодок в животе, как на американских горках, когда вагончик зависает перед резким спуском вниз. — Я никогда не слышала, чтобы мама так кричала. Прямо на следующий день Ника убежала из дома. Она не должна была с нами так поступать.
— А я считаю, что она совершила довольно смелый и свободный поступок, — выразил мнение Лев, без агрессии, только в порядке дискуссии на разные темы.
— Какой? — возмутилась Кира. — Побег?
