Путешествие проходило, по меньшей мере, странно. Казалось, колдовская сила управляла гигантским айсбергом, плывшим против ветра и течения. Повсюду, где бы они ни появлялись, их приближение сопровождалось воздействием ледяного великолепия Йикилта на все живое. Гордые галеры замирали, и их команды молча гибла у весел. Прекрасные порты Гипербореи, еще недавно оживленно занимавшиеся морскими перевозками, утихали при приближении айсберга. Безлюдными становились улицы и пристани прибрежных городов, пустели морские пути и гавани, когда приходил, а затем удалялся бледный свет. Смертоносные лучи доставали и земли, расположенные вдали от моря. Они приносили полям и садам больший вред, чем самая лютая зима. Леса вымерзали, а звери, бродившие по ним, становились словно мраморными. Люди, которые через много веков придут в эти места, найдут и лося, и медведя, и мамонта застывшими все в тех же позах, как живые. В то же время Эваг, сидя в своем доме или расхаживая по айсбергу, не замерзал, он чувствовал лишь легкую прохладу, как летом в тени.
Теперь кроме Дуни и Укса Лодхана на айсберге появилось пять других магов, которые тоже путешествовали с Эвагом. Их отобрал сам Рилим Шайкорт и перенес вместе с домами на айсберг силой незнакомого Эвагу колдовства. Они оказались выходцами из племен, живших на островах, расположенных ближе к полюсу, чем широкое побережье Туласка. Эваг почти ничего не понимал из их рассказов. Их заклинания были ему незнакомы, а речь казалась неразборчивой. Впрочем, ледяные колдуны также не знали их языка.
Ежедневно восемь магов находили на своих столах все, необходимые для пропитания, продукты, хотя они не знали, каким образом эта пища попадала на айсберг. Все были, казалось, едины в своем стремлении поклоняться червю. Но у Эвага становилось тяжело на сердце, когда он видел, что Йикилт постоянно уничтожает прекрасные города и процветающие прибрежные страны. С состраданием наблюдал он за гибелью города Гернгота, где раньше росло множество цветов; видел, как опустилась тишина на шумные улицы Леквана; как внезапно побелели от мороза рощи и фруктовые сады прибрежной долины Агила.
Громадный айсберг продвигался к югу, неся смертельную зиму людям, жившим там, где высоко в небе светило летнее солнце… Эваг держал свои мятежные мысли в секрете и следовал во всем примеру остальных. В определенное время, в соответствии с движением полярных звезд, маги собирались в верхнем зале, где безвылазно находился Рилим Шайкорт, наполовину свернувшись на своем ледовом престоле. Здесь они совершали ритуал, и ритм его соответствовал падению кровавых слез, которыми плакал червь. Колдуны преклоняли колени в такт с его зевками, тем самым воздавая Рилиму Шайкорту необходимое почитание. От других колдунов Эваг узнал, что червь всегда спит в новолуние, и только на это время кровяные слезы прекращают капать из его глаз, а рот неподвижно замирает, переставая закрываться и открываться.
Когда они в третий раз пришли воздать ритуальные почести червю, оказалось, что на башню взобрались только семь магов. Эваг, пересчитав их, обнаружил, что отсутствовал один из пяти иноземцев. Позднее он пытался расспросить Дуни и Укс Лодана, а также узнать подробности у четырех других колдунов, но выяснилось, что судьба отсутствовавшего мага для всех осталась тайной. О нем никто ничего не слышал и не видел, и Эваг, долго размышлял об этом происшествии. Во время церемонии в башенном зале ему даже показалось, что червь стал шире по объему и обхвату живота, чем в прошлые разы.
Тайком он спросил у ледяных магов, чем питается Рилим Шайкорт. Вопрос вызвал небольшую дискуссию, потому что Укс Лодан настаивал, что согласно легендам червь питается только сердцами белых полярных медведей, тогда как Дуни клялся, что на самом деле он поглощает китовую печень. Но, насколько им было известно, червь ничего не ел в течение всего времени их пребывания на Йикилте.
Тем временем айсберг по-прежнему следовал своим курсом, а солнце все выше поднималось над землей. Снова, в предназначенное звездами время, приходившееся на полдень каждого третьего дня, маги собрались перед червем. На этот раз их оказалось только шестеро, пропал еще один иноземец. Червь же теперь уже заметно увеличился в размере, потолстев от головы до хвоста.
Шестеро оставшихся на разные голоса умоляли червя рассказать им о судьбе, постигшей их отсутствующих товарищей. Червь ответил, и его речь была понятна всем, поэтому каждый думал, что бог обращался именно к нему на его родном языке:
– То, что случилось – тайна, но каждый из вас в свое время получит ответ на этот вопрос. Знайте одно, двое исчезнувших незримо присутствуют здесь, и наравне с вами разделят, как я и обещал, внеземное учение и познают могущество Рилима Шайкорта.
