Русичка то и дело с заботой поглядывает на Ингу, а на меня бросает быстрые настороженные взгляды. Так и тянет встать, поправить лацкан ее серого пиджака и успокоить: отцовских бабок назад я не потребую.
Собрав листочки с нашими закорючками, Раиса призывает класс ко вниманию и, выдержав театральную паузу, торжественно сообщает, что завтра мы едем… в заповедник!
Новость не вызывает у класса особого восторга — в заповедник, а еще — в музей одного не слишком известного художника в Задонске, — мы и так ездим каждый год.
В этом царстве дикой природы и мачтовых сосен нет ни интернета, ни сотовой связи, ни телевизора, зато на опушке леса располагаются корпуса не слишком комфортабельного санатория, куда собирается Инга с семьей. Но люди из больших городов ценят «цифровой детокс» и, независимо от сезона, убегают от цивилизации и устраивают туда паломничество.
— Экологическая тропа, музей зубра, активный отдых на природе, красота! — Раиса заливается соловьем. — С нами поедут мама и брат Инги Бобковой — в этом году администрация выделила нам один автобус. Ну и… Ваня Волков там еще не был, и потом обязательно поведает о своих впечатлениях! Правда ведь, Ванечка?
Девчонки, краснея от смущения и томных предчувствий, как по команде на него оглядываются, и он улыбается сразу всем и никому. Кончики пальцев покалывает ток: хотела бы и я прогуляться с ним по тайным лесным дорожкам, но едва ли Илюха позволит мечтам воплотиться в жизнь.
Мой дражайший дружок вальяжно развалился на стуле и бесит — одним своим видом, до дрожи, до зубовного скрежета. Некстати, но явственно припоминается ощущение его мерзких мокрых губ на моих губах, и я, поморщившись, отворачиваюсь к окну.
Там вовсю бушует лето — в берегах водохранилища плещется синее небо с клубами белых ватных облаков, в вышине мечутся серебряные чайки, на солнышке нежится желтый песок. Мне даже мерещится лодка, в которой мы с Ваней плывем за мечтой, и горло перехватывает от подкативших слез не то восторга, не то печали. Я так хочу, чтобы тот вошебный день повторился, но он уже стал моей персональной легендой.
На свободном стуле под партой включается сдохший телефон. Отсоединяю его от пауэрбанка, и тут же прилетает сообщение от Илюхи.
Я бросаю на Илюху вопросительный взгляд, но в выражении его физиономии столько мольбы и щенячьей преданности, что я сдаюсь и киваю. Может, вот он — шанс, раз уж Рюмин сам идет на примирение. Вообще-то, он вполне способен быть разумным и милым, когда задействует мозг и прекращает быковать.
Быстро пишу Ване, что на перемене попробую вывести Илюху на разговор и заверяю, что не нуждаюсь в его присмотре — в конце концов, Ваня видит лишь нашу идиллическую дружбу и не в курсе Илюхиных закидонов. К тому же, раньше мне удавалось урезонивать Рюмина даже в экстремальных ситуациях — однажды, вытаскивая его из драки, я едва не попала под удар, но он молниеносно среагировал, очнулся, и его кулак просвистел в считанных миллиметрах от моего носа.
На перемене я выдвигаюсь в школьный сад, но на крыльце меня окликает звонкий, до мурашек знакомый голос, Инга в три прыжка преодолевает десяток ступеней и легонько придерживает мой локоть. Руку пронизывает разряд статики, я теряюсь — не успеваю нацепить маску надменности и презрения, а язык прилипает к нёбу. Смотрю в ее раскрасневшееся лицо, глупо моргаю и напоминаю себе выброшенную на берег рыбу — я довольно давно вне привычной стихии, но к новой так и не адаптировалась.
Инга набирает в грудь побольше воздуха и заговаривает первой:
— Лер, просто спасибо за то, что вернула деньги и заступилась за моего брата. Их… ему мама давала. На покупку мяча. Он обожает футбол, мечтает пройти отбор в юношескую команду Задонска, и, ради этого, всю четверть учился без троек…
— Понятно, — бесцветным тоном откликаюсь я. Я почти помню, как прикольно и весело было с ней дружить и изо всех сил креплюсь, чтобы не расплакаться. Но она машинально натягивает рукава пиджака до самых пальцев, и я шарахаюсь, как нечисть от крестика. Отхожу на шаг и незаинтересованно киваю.
— Пожалуйста, Бобкова. Если это все, я пойду.
— Да…
Я разворачиваюсь на каблуках и, вцепившись в кожаный ремень сумки, позорно сбегаю. Завтра в одном автобусе с нами поедет тетя Наташа, и мне предстоит сложная задача не провалиться сквозь землю и перед ней.