"Мы сопровождали крупное соединение бомбардировщиков в налете на Мюнхен. Непосредственно перед целью попали в слабую облачность. Я шел на высоте 7000 м. Выскочив из облаков, напоролся прямо на Ме-262. За ним уже гналась пара "Мустангов". Я сбросил баки и повернул влево в надежде перехватить его. У меня было преимущество в высоте, за счет чего определенные шансы на успех имелись. Я догнал его примерно через 10 минут. Реактивный самолет слегка развернулся и начал снижаться. При этом мы оказались прямо над окраиной Мюнхена: Me 262 шел на высоте 300 м, а я на 2000 м. Тут я его опять на минуту потерял, затем нашел – он подходил к аэродрому Рием. Я дал полный газ и наконец догнал немца на высоте 150 м, всего за 100 м до взлетной полосы. Дал несколько очередей, отчетливо наблюдал попадание в левое крыло и фюзеляж. Немец уже выпустил шасси, его скорость составляла примерно около 400 км/ч. У меня же на указателе скорости стрелка дрожала возле риски, соответствующей 720 км/ч, поэтому я пролетел над ними взял ручку на себя, чтобы вновь набрать высоту. Когда я обернулся, я увидел, что мой противник лег на брюхо примерно в 100 м за полосой. Он не горел – видимо остался без горючего. Немецкий самолет наверняка был уничтожен."
Рассказ майора Гиллера подтверждает мнение пилотов Ме-262: "Швальбе" наиболее уязвим при взлете и посадке. Описанная атака является классическим примером борьбы с Me 262.
Помимо Гиллера еще один Ме-262 записал на свой счет другой пилот "Мустанга" из 55-й истребительной авиагруппы, лейтенант Г.Мур. Однако победа Мура не подтверждена, и подробности ее неизвестны.
А что о 9 апреля пишут немецкие документы? Авиасоединение врага начало налет на Мюнхен и аэродром Рием. Несколько вражеских бомбардировщиков сбито в ходе того налета. Взлетные полосы в Риеме сильно повреждены, нарушено снабжение водой и электроэнергией. Повреждены ангары, мастерские, уничтожено несколько емкостей с топливом. Начаты интенсивные работы по ликвидации ущерба, но не менее двух дней аэродром не мог функционировать". Для Галланда и его летчиков это означало, что они не будут иметь возможности взлетать против неприятеля. 10 апреля Галланд был вызван Герингом в Оберзальтцберген. Галланд об этом позднее написал:
– Рейхсмаршалл принял меня с удивительным вниманием, попросил проинформировать о первых боях моей части. Все его скептическое отношение к Ме- 262 при обороне Рейха исчезло. Геринг подтвердил, что я был прав в вопросе использования Me 262.
Десятого апреля "Мустанги" уничтожили на земле еще три реактивных истребителя, а три Ме-262 получили' тяжелые повреждения. Количество реактивных истребителей, выведенных из строя "Мустангами" на земле, росло не по дням, а по часам. Галланд решил организовать патрулирование базы истребителями FW-190D-9, но они смогли сбить лишь один атакующий истребитель и не обеспечили защиту аэродрома.
На аэродроме Рием персонал упорно старался привести полосу в рабочее состояние. Работам постоянно мешали летчики 353-й истребительной авиагруппы, которые сбрасывали небольшие осколочные бомбы и обстреливали все, что шевелится.
На следующий день на Рием обрушились бомбардировщики 8-й воздушной армии.
Взлетную полосу в Риеме удалось привести в божеский вид только 16 апреля 1945 г. Самолеты JV-44 получили возможность принять участие в воздушных боях. Первым из них стала атака четырех Ме-262 на группу В-26. В атаку пилотов "Швальбе" повел сам Галланд. Позднее он писал:
"Под Ландсбергом мы столкнулись с группой из 16 "Марудеров". Атаковали их примерно с дистанции 600 м залпом ракет по строю. Видел два попадания. Один самолет загорелся и взорвался. Второй потерял большую часть правого крыла и начал падать прямо вниз. Успешно атаковали и трое моих ведомых. Мой ведомый, Э.Шалльмозер, несколько дней назад таранивший над Риемом "Лайтнинг", не стрелял, пока совсем близко не подошел к В-26. Он открыл огонь по вражескому бомбардировщику, когда поздно было отворачивать. Самолеты столкнулись. Обе машины начали падать к земле, никто из нас не думал, что у молодого летчика есть шанс выжить. Но вечером зазвонил телефон – с окраины Кемлхна говорил Шалльмозер. За пилотом послали машину. Долго ждали, пока его привезут, наконец Шалльмозер появился, летчик получил ранение в ногу. Больше всего "таранщик" жалел, что не смог навестить свою мать, жившую недалеко от того места, где он выпрыгнул."
После полудня питомцы Галланда опять поднялись на перехват, на этот раз объектами их атак стали четырехмоторные бомбардировщики 8-й воздушной армии ВВС США, бомбившие расположенный южнее Мюнхена Розенгейм. Опять произошло столкновение с американскими истребителями. Майор Л.Норли вспоминал:
"Мы обеспечивали непосредственное прикрытие "коробки" бомбардировщиков на всем пути. У самого Мюнхена на высоте около 700 м заметили одиночный Ме-262, летевший к юго-востоку. Я послал одно звено, чтобы проследить за ним, а если он пойдет на посадку – сбить. Однако пилот реактивного самолета заметил их, дал газ и улетел".
