– С этой минуты, – начал он, поочередно обращая значительный взгляд на каждого из присутствующих, – операция вступает в новую фазу. В решающую фазу, я бы сказал. Потому что все, что происходило до сих пор, было лишь прелюдией.
– Прелюдией? – переспросил Ардан, хмуря лоб под смоляными, с проседью, кудрями.
– Это значит вступление, дядя, – пояснил Алим, довольный тем, что представился случай блеснуть своей эрудицией. – Прелюдия, интерлюдия, преамбула… Все это синонимы.
– Правильно, – кивнул Лонгман с благосклонной улыбкой. – Чувствуется, что ты не зря провел время в Америке, мой друг.
– Я окончил престижный колледж и работал в солидной компании, мистер.
– Да, я в курсе. Если бы не тот прискорбный случай с сотрудницей, которую нашли мертвой после веселой восточной вечеринки, ты мог бы сделать неплохую карьеру, я полагаю.
– Какая сотрудница? – насторожился мулла Джамхад, уставившись на племянника Ардана.
Тот успел пожалеть о том, что открыл рот, и как можно более беспечно отмахнулся:
– Так, пустяки. Убили какую-то американку, но я здесь ни при чем.
– Ее задушили, если мне не изменяет память, – уточнил Лонгман с чарующей улыбкой. – А заодно сломали пару шейных позвонков. Но в самом деле, это дело прошлое, не будем его ворошить. Мы ведь собрались здесь по другому поводу.
«Знает, – пронеслось в голове Алима. – Пронюхал, подлая шпионская крыса! Получается, я у него теперь на крючке. Если сделаю что-то не так, мне крышка. У американского правосудия длинные руки, из которых не вырвешься. Депортируют меня в США, и никто слова против не скажет. Ни дядя, ни Талибан за меня не вступятся. Вся надежда на этого ушлого американца. Ни в коем случае нельзя его злить. Тогда, глядишь, он и не даст информации ходу».
– Мне не терпится услышать ваш план, мистер Лонгман, – сказал Алим, чем вызвал недовольные взгляды двух старших сообщников. Встревая в беседу, он нарушал тем самым все нормы приличия.
– Помолчи, племянник, – строго оборвал его Ардан. – Здесь собралось достаточно взрослых, умудренных опытом мужчин, чтобы обсуждать важные вопросы без твоих реплик.
– В хадисе Пророка, – заметил Джамхад, – ясно сказано, что человек должен беспокоиться за свою жизнь, не тратить ее в пустословиях, дабы не остаться без ответа в тот день, когда у него спросят: «Куда ты израсходовал свою молодость, что ты сделал с этими прекрасными годами своей жизни?» Ты слишком болтлив для мужчины, юноша. Надеюсь, мне не придется делать тебе замечание дважды.
Алим прижал ладонь к губам, показывая, что будет нем как рыба.
Тогда Карл Лонгман продолжил:
– Сразу после совещания следует привезти сюда всю взрывчатку, которую обещал предоставить Талибан. Она в наличии?
– Хранится на складе в часе езды отсюда, – ответил Джамхад. – Сухая, готовая к употреблению. Я распорядился проверить несколько брикетов. Полный порядок.
– Прекрасно, – кивнул Лонгман. – Взрывчаткой и бочками с бензином забьете грузовой отсек «Боинга». Под завязку. – Он вопросительно посмотрел на Ардана: – Камикадзе готовы?
– Камикадзе? – переспросил тот.
Алим хотел объяснить, кто они такие, но прикусил язык, чтобы не навлечь на себя гнев старших. Вместо него голос подал Джамхад:
– Ты говоришь о шахидах?
– Да, – кивнул Лонгман. – Я говорю о шахидах. О смертниках. Или, как вы их еще называете, о мучениках Аллаха.
– Я подобрал двоих, – с важным видом произнес Ардан. – Оба окончили курсы управления самолетами, но Мустафа Тарвал разбирается в этом лучше, поэтому я назначил его командиром. Ему будет помогать Камиль Хакмал.
– В какую сумму обошлась вербовка? – поинтересовался американец.
– Опий в нашей стране дешевле грязи, – усмехнулся Джамхад. – Покуда у этих двоих есть зелье, они будут покорнее мулов, а зелья у них предостаточно, хвала Аллаху.
– Отлично. Я также просил обеспечить им надежную охрану.
– Я выделил троих воинов, как обещал, – сказал Ардан. – Надир Омар, Хасан Барик и Джума Кармал, он за старшего. Все они храбрецы и держат оружие в руках с детства. Не подведут.
– Этих троих в наши дальнейшие планы не посвящать, – распорядился Лонгман. – От них требуется лишь слепое повиновение.
– Они к этому привыкли, мистер.
– Те, кто подчиняется воле Всевышнего, попадут в райские сады, в которых поют и танцуют прекрасные гурии, – произнес Джамхад. – А непокорные будут обречены на мучительные страдания.
– Да-да, конечно, – прервал его Лонгман. – Теперь пойдем дальше. Я вручу тебе номер телефона одного из заместителей главы Администрации президента России, Каминского. Сергея Дмитриевича Каминского.
– Ка-мин-ский, – повторил по слогам Джамхад. – Сергей Дми… три…
Несмотря на то что он свободно владел русским языком, отчества всегда давались ему с трудом.
– Я дам тебе листок с координатами этого человека, – успокоил муллу Лонгман. – Когда самолет будет готов, позвонишь ему.
Мулла невольно открыл рот и поспешил захлопнуть его, дабы не выглядеть полным идиотом.
– И что я должен буду сказать Каминскому? – спросил он, уставившись на четки в своих проворных, как паучьи лапы, пальцах.
