- Кушать! Показала как индейцу, - ням, ням. Но, похоже, меня не поняли или не захотели. Парень сам жутко проголодался, решил проверить, кто перед ним стоит. Поманил пальцем ближе к себе подойти. Я от наивности деревенской не думая ни о чем плохом прошла. Вдруг неожиданно, массивные руки начали меня нагло лапать, грубо прижимая к стене. Я стояла, ждала, пока дурака отпустит, тот еще сильнее задышал, пришлось прекратить тактильный онанизм. Стукнула в солнечное сплетение, наверное, промахнулась или сила слабая, моряк почему-то решил перейти к более решительным действиям. Схватил меня за шею, поднял над полом и потащил как паучок в уголок. Но я не муха цокотуха, это не та история. В секунду гул в ушах стёр все звуки вокруг, лишь осталось будто потрескивание в динамиках пластинки в проигрывателе. Злоба как желудочный сок начала подкатывать к горлу, пальцы автоматом сжали две болевые точки на ключице. Моряк явно не ожидал такой реакции, наверняка уже мечтал, как я обрадуюсь его сопению, начну томно дышать, в самое ушко. Просить продолжить, тактильные ласки. А тут такая боль, откуда? Поднял на меня свой мутный взор, дыхнул зловонным запахом изо рта.
-Уф-ф с-су-к-ка.
Пришлось снова нажать на плечо, сильнее впиваясь когтями. Те проткнули кожу, выдавливая кровь. Чудаку бы сдать назад, попросить прощения, до земли сквозь толщу морскую отвесить поклон. Но этот шакал сутулый в ответ зашипел нехорошие ругательства, собираясь матерщину сложить в португальский фольклор. К минусу, синхронно потянул из за спины нож. Метал с шелестом покинул ножны. И вот на этом, наше недолгое и крайне жаркое общение, я решила закончить.
Волна огня пронеслась по телу, встряхивая нервную систему, обновляя реакции в клетках с невиданной скоростью. Они начали делиться, сменяя старые, практически пожирая их. У сердца начало припекать, словно печка превращая жидкость в пар. Пламя вместо крови потекло по рукам к кистям. Меня выгнуло столбиком, пальцы моих рук покраснели, оставляя ожоги на теле насильника.
Омиго хотел было закричать, потом в отместку ударить. Пока решал, что первым сделать, невидимая сила его откинула к противоположной стене. Тяжелый моряк за девяносто килограмм врезался в полёте и потёк вниз, растягиваясь на полу. Перешагнув эту огромную какашку, как турист на горе Килиманджаро, прошла дальше, изучая коридор. Плохо надписей не видно, здесь был Вася энд Гена. Поворот, вниз вел спуск в кубрики команды. Запах из него шел соответствующий, немытых тел, плюс «сотня задушенных ног». Бр-р-р, тошнота будь она не ладна мгновенно подкатила к горлу, вот ведь нюх женский, как у собак. Одна дверь вела направо, судя по другим ароматам, это была кухня. Дальше тупик и неприметная дверь, открыла её.
Меня грубо схватили за шею, с силой сжимая артерию, потянули наверх. Перед глазами поплыли круги, пришлось сильнее наказать нападавшего. Сжала два пальца и один большой потянула назад. Чтобы в ответ на мои манипуляции не получить по темени, резко изменила разворот. Кости хрустнули, хватка ослабла. Но «нападающий» не собирался меня так просто отпускать. Без сантиментов к слабым и таким беззащитным существам во вселенной, начал что есть силы душить. Стукая при этом об стену.
- Пусти, падла! Захрипела.
Насилье оно и в Африке, мать его насилие. Это для меня не приемлемо, раз дядя не понял первого раза, нужно объяснить по-другому. Гад сдвинул захват, перехватил рукой удобнее. Сжал, локтем поднимая мой слабый вес на уровень своей груди. Что делать, для меня не стоял такой вопрос. Я замычала, завозила руками и замерла, стараясь даже не дышать. Поганец видя, что женщина наконец-то перестала оказывать сопротивление, довольно закряхтел.
