На каждом этаже склада в стене, которая выходила к морю, было широкое отверстие. Оно служило, по-видимому, для того, чтобы отправлять отсюда рыбу прямо на палубу подходивших судов.
— А вот к нам идёт и сам владелец сушёной рыбы, — сказала Юханна и поклонилась.
Папа тоже с ним поздоровался и сказал:
— Мы здесь впервые. Как идут дела?
— Нам ещё очень повезло, что мы достигли успеха, — сказал мужчина. — Всё благодаря тому, что нервы у нас как у сушёной рыбы. Мало хорошо закупить рыбу, нужно её удобно вывесить и не допустить, чтобы она в холодную зиму помёрзла и испортилась. Так что приходится каждый день следить за термометром и за тем, чтобы она в меру проветривалась на не слишком холодном воздухе.
— Ой, взгляните на Сократика! — сказала Аврора.
Сократ стоял у одного из тех самых отверстий и выглядывал из него.
— Ты позволишь хозяину взглянуть на твою рыбу, Сократик? — спросил папа.
Сократ более чем охотно показал тому свой подарок.
— Её зовут Стокфиссо, — сказал он, — и она только моя.
Папа крепко взял его за руку, и они снова пошли вниз, потому что, хотя и было интересно смотреть на море, всё-таки балансировать на краю отверстия высоко в воздухе слишком опасно.
— Ну вот, во всяком случае, теперь мы знаем больше, чем когда сюда вошли.
— Мы съедим сегодня рыбу Сократика? — спросила Аврора у папы.
— Нет, она должна несколько дней вымачиваться в воде. Только после этого мы сможем её сварить.
Но едва папа это сказал, как Сократ поднял вой.
— Она моя! — кричал он и прижимал к себе рыбину. — И вы её не съедите, она будет спать со мной на одной кроватке.
И тут папа решил, что, хотя на складе сушёная рыба пахнет прекрасно, её запах в маленькой спальне Авроры и Сократа, наверное, был бы лишним.
— Мы построим для Стокфиссо собственный дом, — сказал папа. — Стокфиссо любит дышать свежим воздухом.
Он отыскал обычный ящик, обил его сеткой и приделал к нему маленькую дверцу. Теперь Стокфиссо, если ей немного помочь, могла выходить из домика и входить обратно. Но пока она своим домиком пользовалась мало. Сократ нашёл где-то верёвочку, папа обвязал её вокруг рыбины, а Сократ привязал к этому ошейнику поводок и стал выводить Стокфиссо на прогулку по саду. Судья Томас, его жена, мама и все остальные, кто работал в конторе, выходили из дома и смотрели на них. Всем хотелось взглянуть на Стокфиссо: ведь это впервые в истории Фабельвика на сушёную рыбу надели ошейник и выводили гулять по саду.
Однажды мама с папой зашли утром к Авроре и Сократу, когда они ещё лежали в постели.
— Мы хотим серьёзно поговорить с вами, — сказал папа.
Аврора почти ещё не проснулась, но тут же пришла в себя, потому что слушать папу, когда он говорил серьёзно, всегда было интересно.
— Так вот, — начал он. — Мама скоро на неделю отправится в служебную командировку, и судья Томас — тоже. Как вы считаете, нужно ли мне ехать вместе с ними и быть при них, что называется, секретарём?
— А мы? — спросила Аврора. — Мы останемся одни?
— Никак нет, — сказал папа. — Жена судьи предлагает, чтобы на время нашей поездки вы жили у неё.
— Тогда поезжайте! — согласилась Аврора. — Ты всегда сможешь помочь маме, если с ней опять случится приступ морской болезни. Хотя, кажется, она у неё уже прошла.
Аврора с Сократом сложили одежду в небольшой чемодан, прихватили с собой одеяла, подушки и простыни и переехали к жене судьи, тем более что сделать это было нетрудно — всего только пройти по дорожке сада.
— Хорошо, что мы едем в командировку сейчас, в начале лета, — сказала мама, — потому что во второй его половине у нас могут быть гости и мы должны будем оставаться дома.
— Не знаю, что-то я сомневаюсь, чтобы они отправились так далеко, — сказал папа.
— Если они решатся, то обязательно напишут об этом, — сказала мама. — Всё будет хорошо.
— Интересно, папина мама получила моё письмо или нет? — спросила Аврора. Папа помог ей его написать, хотя диктовала письмо Аврора. Вот что было в нём написано:
«Дорогие бабушка и Лужица!
Мы только что отпраздновали ночь святого Ханса[2]. К празднику мы сварили кашу на сливках, взяли её с собой, провели всю ночь на улице и разожгли костёр. Хотя ночью здесь было так светло, что огня мы не увидели. Тогда Томас завалил костёр морской травой, и от него пошёл такой густой дым, что всем стало видно: огонь горит. Все другие жители городка тоже жгли костры, и мы наглотались дыма, но каша была очень вкусная. Приезжайте скорее. Передаю вам привет!
