Удивительно, сколько свободы я получил в том сезоне. Я мог подхватить шайбу на синей линии, заехать в зону и бросить без помех. Никто не хотел стоять у меня на пути. Я был признан лучшим игроком ОХЛ в том сезоне. На моем счету было 55 голов в 65 матчах. Добавьте еще 72 передачи и получите 127 очка. Гретцки набрал 121. Как много игроков могут сказать, что обошли Гретцки в бомбардирской гонке?
Я анализировал свои бои в юниорской лиге и считаю, что проиграл только раз. У меня были ничьи, но поражение нанес мне только Тони Йоб из «Кингстона» в мой первый сезон. Однако через два года мы вновь встретились (он играл уже за «Су-Сент-Мэри») и уж тогда я отвел душу. Я запомнил этот момент, так как на той игре присутствовала моя мама. К счастью, она уже смирилась с той мыслью, что только таким способом я смогу пробиться в НХЛ.
Та игра против «Грейхаундс» также была знаменательна тем, что я отметился хет-триком. Занимательно, что ворота соперника тогда защищал Кевин Ходсон, с которым мы потом были партнерами по «Детройту».
На арене «Беллевилля» установили специальную голову быка, которая загоралась, мычала и испускала дым каждый раз, как «Буллс» забивали. Тогда мы накидали Ходсону 10 шайб. Позже он признавался, что его еще некоторое время мучили ночные кошмары «с этой чертовой головой быка с ее горящими глазами».
Я старался убедить клубы НХЛ, что я могу постоять за своих партнеров, что я могу выполнять большой объем черновой работы. Когда представители «Детройта» проводили со мной собеседование перед драфтом-92, то Кен Холланд спросил: «На что ты готов пойти ради того, чтобы играть в НХЛ?» Я посмотрел ему прямо в глаза и ответил: «На все что угодно. Я знаю, что многие бросаются такими словами, но я тот, кто действительно пойдет на все».
Наверное, это произвело на них впечатление, так как «Ред Уингс» выбрали меня под общим 46-м номером.
Я сожалею, что за три года, проведенные в «Беллевилле», у нас так и не получилось пройти далеко в плей-офф. В то время команда находилась в режиме перестройки.
Зато я вспоминаю игры против Эрика Линдроса. Его была крайне сложно остановить. Он просто растаптывал всех на своем пути. Но стоит отметить, что от «Буллс» ему все же доставалось. Конечно, силовых приемов в стиле Скотта Стивенса никто не проводил, но Линдрос все равно время от времени попадал под хит, так как всегда играл с опущенной головой.
Моя юниорская карьера хорошо подготовила меня к НХЛ. Но минусом того времени стало то, что я стал слишком рано вести бурную, взрослую жизнь. Тебе 16 лет и ты начинаешь зависать с 19-и 20-летними парнями. Родителей рядом нет. Тренеры стараются оградить тебя, но они не знают тебя также, как твоя семья. Так что не трудно себя распустить.
Я начал пить, курить дурь и позволять себе много лишнего. Тусовался словно рок-звезда. Я быстро вырос после того, как покинул родительское гнездо. Возможно, слишком быстро.
Даррен Маккарти. Глава 2
Когда я играл за «Адирондак» в сезоне-1992/93, то мы были одной из самых жестких команд во всем профессиональном спорте. И я говорю не только о хоккее. Восемь игроков из той команды набрали более 100 штрафных минут за сезон. На моем счету было 278 минут штрафа. 45 удалений за драки. Кирк Томлисон набрал 224 минуты, Боб Бугнер – 190, Джим Камминс – 179, Деннис Виал – 177, уже ушедший на тот свет Марк Потвин – 109.
Я решил действовать по выработанной системе - заставить людей уважать меня. Дрался при любой возможности. Но я чувствовал, что у меня есть протекция. Томлисон любил говорить соперникам: «Не поломайте парня, иначе вы сами знаете, что вас ждет».
Драки на профессиональном уровне – это настоящее искусство. Существует свой кодекс, определенный свод правил. Об этом я узнал не сразу. Во время контрольного матча я побил молодого парня из «Торонто» и по пути к скамейке штрафников активно праздновал свою победу. Позже тем вечером помощник генерального менеджера «Ред Уингс» Дуг Маклин подошел ко мне и заявил: «Твое поведение во время матча недопустимо. Это НХЛ, а не рестлинг-шоу. Член команды «Детройт» не имеет права себе такого позволять». Мне не нужно было объяснять второй раз. Когда дело доходило до драк, то я хотел все делать правильно.
Моя самоотверженность быстро завоевала сердца фанатов и я стал одним из любимцев трибун. Я даже разработал свою собственную «фишку». Во время игры я жевал жвачку. И после драки я надувал большой пузырь, чтобы продемонстрировать фанатам, что со мной все в порядке.
У нас была не только жесткая, но и талантливая команды. Мы действительно умели играть. В сезоне-1991/92 «Адирондак» завоевал чемпионское звание АХЛ под руководством Барри Мелроуза. Однако летом он ушел в «Лос-Анджелес». Его место занял 30-летний Ньюэлл Браун.
В сезоне-1992/93 команда представляла из себя хороший сплав опыта и молодости. С одной стороны группа ветеранов, считающих, что они должны играть в НХЛ (Аллан Бестер, Кен Куинни, Бобби Доллас), с другой стороны группа молодежи, надеющаяся пробить в высший свет (Крис Осгуд, Слава Козлов и я).
