В начале октября 1991 года я прибыл в Кировоградский облвоенкомат, представился военкому, и вручил предписание о назначении меня на должность военного комиссара Александрийского ОГВК (объединенный городской военный комиссариат). Что тут началось. Военком забегал по кабинету, запричитал, заохал, как будто я ему бомбу вручил.
Оказывается, на эту должность уже присылали офицера, но местные власти отказались его признавать. На то время уже был издан приказ о том, что человека, на должность военного комиссара, надо согласовывать с местной властью. Председатель горисполкома Александрии хотел на эту должность поставить своего человека, замполита местного авиационного полка.
Какой умник придумал такой приказ, и из каких соображений не понятно. Председатели горисполкомов стали вмешиваться в кадровые вопросы армии.
Не смотря на то, что приказ о моём назначении был подписан министром обороны, облвоенком отказался меня принять, и отправил разбираться в штаб Киевского военного округа. Там мне выписали новое предписание и снова отправили в Кировоград.
Облвоенкому деваться уже было не куда, но ехать в Александрию, и представлять меня он отказался, не хотел напряженных отношений с местными властями. Отказался и бывший начальник политотдела облвоенкомата, его должность сокращалась, и он метил на должность начальника первого отдела этого же облвоенкомата. Кстати с этим человеком мы служили в Чирчике, в спецназе. Представлять меня поехал начальник первого отдела, ему терять было не чего, заменялся в Россию.
В Александрии, нас даже на порог кабинета мэра не пустили. И я пошёл принимать дела в военкомат без благословления местных властей, хотя, как потом оказалось, против был, только сам мэр.
И началась эпопея моего трудоустройства. Мэр города господин Скичко, он же бывший товарищ, и он же бывший первый секретарь горкома партии, стал слать на меня письма. Сначала в Киевский военный округ, а затем с декабря месяца, после развала Союза, в министерство обороны Украины.
В одном из писем говорилось, что я ставленник имперских амбиций Москвы. Вот вам и первый секретарь.
Меня дважды вызывали в министерство обороны Украины, относились там ко мне вполне лояльно, пытались как-то разрешить сложившуюся ситуацию. Первый раз предложили должность военкома одного из районов Киева, а второй раз должность облвоенкома в г. Черновцы.
Но я уже закусил удила. Если бы тот же Скичко, вызвал меня и просто, по-человечески, попросил не претендовать на должность в Александрии, я бы уехал, но тут меня просто игнорировали, вроде бы я пришёл с улицы. Я сам себе поставил задачу, Александрия и только Александрия. Почему кто-то решил, что ему наплевать на приказ министра обороны. И кто-то решил, что меня просто можно размазать. "...Ни, что нас в жизни не сможет вышибить из седла...".
За четыре месяца из Киева приезжали три комиссии, пытались решить вопрос с мэром. В мою защиту выступила организация ветеранов ВОВ и афганский комитет, который, кстати, я и создал. До моего прихода в Александрии не было афганской ветеранской организации. И даже работники военкомата написали коллективное письмо в газету "Народная Армия", орган печати министерства обороны. Но основная поддержка была со стороны руководства района, во главе с председателем исполкома Петруниным Николаем Андреевичем.
Две комиссии министерства обороны были безрезультатны. Шли к Скичко беседовали, уезжали, а им вслед уже летели письма с требованием меня убрать. А вот старший третьей комиссии, подполковник Пётр Брус, ни кого не уговаривал. Разговор был в моём присутствии. Он попросил мэра представить ему решение горисполкома о том, что его члены против моего назначения. Такого документа не оказалось, тогда он попросил, чтобы Скичко написал, что это его единоличное решение. Естественно, что такой документ он писать отказался. И Брус предложил написать ему, что он не против моего назначения. Зажатый в угол мэр, такой документ написал, на этом закончились мои мытарства. На дворе был март 1992 года.
Но квартиру господин Скичко не дал, и я пять лет с семьёй прожил в общежитии завода "Этал", спасибо заместителю директора этого завода Костенко Марии Григорьевне, кстати, жена офицера запаса.
Года через три, она и квартиру мне предлагала из фонда завода, как участнику боевых действий, но я отказался в пользу председателя комитета "Солдаты афгана" подполковника запаса Кузнецова. Считал, что все равно додавлю городские власти и квартиру получу, а вот у Кузнецова шансов почти не было.
Город пробить не удалось, с квартирой мне помог район, спасибо Петрунину Н.А. за это. Вообще я считал, да и сейчас считаю, что хороших людей больше, гораздо больше, но плохие лучше организованы.
С руководством района и лично с председателем райисполкома Петруниным Николаем Андреевичем у меня сложились очень хорошие деловые отношения. На учёте в военкомате были жители не только города Александрии, но и Александрийского района.
