Официант с Hackescher Markt
— Не будет у вас зажигалки?
Обращавшийся ко мне голос принадлежал похожему на студента парню с наушниками, на которого я обратил внимание еще в Киеве. Зажигалка у меня была, он прикурил и сказал, что его зовут Денис, но он привык к тому, что его называют Дэн. Я назвал себя, мы разговорились и после сигнала к отправке вернулись в автобус хорошими знакомыми.
— Учишься в Германии? — спросил я, когда автобус вырулил с парковки автовокзала. Вещи, которые были на Дэне, выглядели как привет из немецких супермаркетов.
— В Берлине, — ответил Дэн. — В колледже, на экономическом факультете.
— А почему на экономическом?
— Я денег от жизни хочу, много денег. А если хочешь денег, нужно идти учиться туда, где учат их зарабатывать. Плюс у меня способности есть, я много раз проверял.
— Подрабатываешь?
— Без этого никак. Есть один ресторанчик на Hackescher Markt, я там официантом работаю.
— Хватает?
— Вполне. Особенно, когда сезон — туристов полно, а у нас там пиво, кресла на воздухе, живая музыка. В общем, только успевай бегать.
— А когда сезон?
— Летом, когда тепло.
— А куда потом?
— Закончу — в корпорацию устроюсь. Я молодой, знаю, английский, немецкий и русский, не пропаду.
— А бизнес открыть не хочешь?
— Можно, только это непросто. Идея нужна, а ее у меня пока нет. Если у тебя есть скажи — мне в Германии пригодится.
Я кивнул и на некоторое время задумался. Идей для бизнеса у меня было сколько угодно, но я никогда не думал о том, чтобы стать предпринимателем в Украине. Это было почти то же самое, что объявить войну государству, не говоря уже про потенциальных конкурентов, а свой душевный покой я ценил намного больше денег. Впрочем, это не означает, что мне стоит подражать — в Украине хватает людей, которые сумели заработать большие деньги благодаря своему уму и таланту. Меня всегда занимал вопрос — насколько успешны они были бы в богатой и благополучной стране вроде Германии или Швейцарии, где не нужно давать взятки сотрудникам управления по борьбе с организованной преступностью, бороться с прокуратурой, жадным заместителем мэра и годами дожидаться возвращения налога на добавленную стоимость.
— Открыть бизнес в Германии легко?
— Несложно, особенно мне. Я ведь практически местный, живу там с трех лет, у меня гражданство, даже в армии успех послужить.
— С трех лет? А по-русски говоришь без акцента.
— Это все родители, ну и немного приятели. Мы ведь в Нюрнберге в русском районе жили, там сейчас каждый десятый из бывшего Союза.
— Здорово! А как в армии, не мешало?
— Нет, хотя эмигрантов там немного — немцы в основном служат. По крайней мере, у нас так было.
— Долго служить?
— Девять месяцев. Хотели меня оставить, можно было и про офицерские курсы подумать, но не захотел я — платят солдату негусто по нашим меркам. Но я не жалею, что пошел.
В биографии этого парня был один пробел, который не давал мне покоя, и я решил восполнить его немедленно.
— Слушай, ты не обижайся, но как ваша семья в Германию попала? На немца ты непохож, на еврея — тоже…
В евреях я разбирался — благо, сам был евреем.
— Тут, Сергей, военная хитрость помогла. В начале 90-х мы в Одессе жили, а мой папа машины из Германии гонял. И вот, как-то занесло его в Нюрнберг. Идет он себе по городу и вдруг натыкается на какой-то еврейский дом — не то синагога, не община. И тут он вспомнил, что читал статью о том, как определить еврейские корни. Есть такие законы?
— Есть. Для наглядности можно израильский «Закон о возвращении» почитать.
— Вот-вот. Папа еврей на одну четверть — по бабушке. И как-то так получилось, что у него были при себе документы, которые это подтверждают.
— И что дальше?
— Зашел папа в здание и видит — молитва идет. Ему дали кипу и молитвенник. Простоял он до конца молитвы и шевелил губами — как будто молился. Хотя Б-г его знает, может, и в самом деле молился, чтобы из Украины удрать получилось. А как закончилась молитва, он к раввину подошел и вопрос задал: «Правда ли, господин раввин, что у нас, евреев (Дэн подмигнул), еврейство по материнской линии определяется?» «Правда», — говорит раввин. Тут папа вывалил на стол свои документы и попросил, чтобы ему справку выписали на немецком, — что он на самом деле еврей, а никакой не русский, как в советском паспорте было написано. Раввин подумал, и справку отцу сделали.
— И что дальше?
— А дальше отец поехал в немецкое посольство в Киев, показал эту справку и нам без лишних вопросов разрешили в Германию уехать — как самым крутым евреям.
Разные люди
