Но ничего реального не было. Помощники Жермена, измученные бестолковым ожиданием, размякли и проклинали свою службу. Некоторые даже подсмеивались над Жерменом:
— Наш инспектор парень дока, — говорили они, — вооружил весь Париж, охраняя Главный Почтамт, а обворуют — то наверняка Национальный Банк. Тогда жди награды.
По движению на улице было заметно, что время идет к вечеру. Пешеходов стало меньше и к Главному Почтамту уже изредка подъезжали автомобили. Ожидать бандитов было напрасно.
В шесть часов двадцать три минуты к зданию Главного Почтамта подъехал автомобиль с британским флажком на радиаторе.
Боннот спал долго. И может быть не проснулся, если бы его не разбудил шум автомобиля. Он вскочил и посмотрел на часы: было без четверти шесть. Автомобиль — виновник беспокойства — стоял у соседней виллы.
Быстро приведя себя в порядок, шагая через две ступеньки, он направился к Гарнеру и встретился с ним на лестнице.
— Все готово, хозяин. Едем?
— Ты очень хочешь, Боннот?
— Очень.
— Тогда едем. Автомобиль есть?
— Я буду ждать за углом с машиною, — ответил Боннот.
— Хорошо, через 15–20 минут я прийду.
Боннот быстро направился к старику. «Мулат» был уже там. Он обратился к нему.
— Ты и Пьер войдете задним ходом, после хозяина, перелезете через изгородь и свернете налево, там я буду ждать в машине. Захватите пистолеты и карабин.
Боннот вышел и быстро направился к себе в комнату. Автомобиль стоял на месте. Мотор работал и в машине никого не было. В голове Боннота созрел план воровства машины и он принялся его осуществлять.
Захватив с собою связку автомобильных ключей, он вышел из виллы через задний ход. Отойдя метров сто, свернул на противоположную сторону и через три минуты поравнялся с машиной. Это был замечательный восьмицилиндровый Ройл-Роллс. Не ускользнул от внимания Боннота британский флажок.
«Это к лучшему, — подумал Боннот, — никто не заподозрит британского консула в бандитских намерениях».
И через пять секунд машина бесшумно отъехала от виллы. За рулем сидел Боннот.
Через десять минут Боннот был в условленном месте. Его пассажиры заняли места: Гарнер и «Мулат» в глубине машины, Пьер рядом с ним.
В 6 часов двадцать три минуты автомобиль подъехал к Главному Почтамту.
Гарнер вышел, сопровождаемый Пьером и «Мулатом». Их приезд не мог быть не замечен дежурными полицейскими, но они не обратили внимания. Британский лев всегда вызывает уважение.
В почтамте разыгрался первый акт кровавой драмы. Народу оказалось слишком много. Пистолеты бандитов не умолкали, пока не были уложены все. Но на смену убитым появились полицейские. Началась перестрелка.
Гарнер успел крикнуть своим помощникам.
— Назад, в машину.
Они выбежали в вестибюль. Отстреливаясь, подбежали к машине.
Боннот нажал педаль сцепления и автомобиль тронулся. Со всех сторон к ним устремились полицейские. Бросив ненужный пистолет, Гарнер схватил карабин Боннота. Он стрелял не целясь. И те, которые оказывались слишком близко, падали, сраженные Гарнером.
Не сворачивая, дав полный газ, Боннот вел автомобиль в центр города. И это спасло бандитов — засады в переулках оказались ненужными, а главная улица была почти обнажена.
Уже в машине Гарнер почувствовал, что он ранен. Его левая рука беспомощно повисла. Багровое пятно на левой стороне груди увеличивалось. Противная слабость разлилась по телу. Пьер был легко ранен. Из царапины на голове струилась ручейком кровь.
Гарнер почувствовал, что теряет сознание, черные круги пошли перед глазами. «Мулат» схватил его за руку и тревожно прошептав:
— Хозяин, хозяин.
Не отрывая левой руки от руля, Боннот передал Пьеру флакончик спирту.
«Мулат» поднес ко рту Гарнера живительную влагу и влил ему несколько капель. Гарнер сделал глоток и открыл глаза.
Автомобиль мчался, поминутно сворачивая в переулки. Но от погони уйти было трудно. Боннот поднял глаза и посмотрел в зеркало. Он увидел там отражение бледного лица Гарнера.
«Хозяина нужно спасти» — мелькнула мысль. И он направил автомобиль к Елисейским полям.
На гладком шоссе мотоциклисты начали отставать, они не могли угнаться за Ройл-Роллсом. Это помогало Бонноту осуществить его план.
Проезжая мимо своей виллы, со стороны черного хода он приказал открыть дверь и на ходу выбросить Гарнера.
Гарнер понял план Боннота и хотел запротестовать, но было уже поздно. Автомобиль подошел вплотную к кустарникам и замедлил ход. Мулат открыл дверь и вытолкнул Гарнера. Тот упал в кустарник и от толчка потерял сознание. Когда он пришел в себя, кругом было тихо. Не было слышно ни автомобиля, ни трескотни мотоциклов.
В 6 часов 27 минут Жермену сообщили о драме, разыгравшейся в почтамте. Не дослушав рапорт полицейского, он бросил телефонную трубку и выскочил на улицу. Его ближайший помощник был рядом с ним.
И в ту минуту, когда машина Жермена подъехала к почтамту, началась погоня за бандитами.
Автомобиль Жермена, опередив мотоциклы, устремился за бандитами. Их машина мчалась, с каждой минутой увеличивая скорость. Около Елисейских полей автомобиль Жермена заметно начал отставать.
Он нервно бросил шоферу:
— Быстрее, как можно быстрее.
