В образованной мембранами шлюзовой камере протекал опасный химический процесс: прочный материал двух соединившихся торцевых поверхностей таял, словно наледь под лучами весеннего солнца. Через некоторое время раздался приглушенный хлопок, в центре преграды образовалось отверстие. Медленно расширяясь, оно достигло двухметрового диаметра. Вскоре стал слышен сиплый ритмичный звук, словно оба корабля дышали, поглощая токсичные продукты химической реакции.
Атмосфера в шлюзе очистилась от вредных примесей, и обе мембраны лопнули.
Во мраке раздался торопливый шелест множества ног. Рабочие особи инсектов появились из недр кораблей, смешались друг с другом на пространстве шлюза, действуя быстро и слаженно. В течение нескольких минут они возвели два объекта, отдаленно похожих на кресла, украсили стены замысловатыми потеками черной, резко пахнущей, быстротвердеющей субстанции.
Когда работа по формированию интерьера временного отсека была завершена, группы рабочих обменялись резкими скрежещущими звуками и разошлись.
Две высшие мыслящие формы одновременно выступили из мрака под тускло-красный, несущий тепло свет, озаривший специально сформированное для встречи помещение.
Синхронное появление имело особый смысл. Задержка даже на миг истолковывалась как признак слабости, готовность к подчинению.
Нет. Они не желали уступать друг другу.
Язык высших разумных особей исключал использование запахов, фонем или жестов. В соприкосновение вступили ментальные поля. В мысленных образах Зрашта ощущалась сила нейронной сети космического корабля, десятки тысяч низших особей замерли сейчас в отсеках, прекратив работу, готовые отдать свои жизни по первому приказу.
Хош действовал совершенно иначе, будто его не касались традиции, насчитывающие миллионы лет. Он пришел на встречу
Глава кочевой космической Семьи отверг поединок разумов. Его хитин давно обесцветился от старости, последнюю линьку он пережил задолго до появления на свет дерзкого самозванца, в нем говорили мудрость и сдержанность, осознание собственной силы и желание понять, кто перед ним – высшая форма воплощения коллективного рассудка или обыкновенный «Отделившийся», в терминологии инсектов – особь, пораженная неизлечимой болезнью?
Несколько секунд они стояли, не шелохнувшись. Хош неуклонно усиливал телепатическое воздействие, старый инсект спокойно оборонялся, выдерживая натиск, затем, не выказав слабости, не уступив давлению, он мысленно указал на два возвышения:
– Ты юн и дерзок. Побереги силы для врагов. Я пришел говорить.
Хош не отреагировал, продолжая телепатическое воздействие, и Зрашту пришлось пойти на уступку, подать пример. Он первым занял приготовленное для него возвышение. Вскарабкавшись наверх, он поджал конечности, сочетая в одном движении явное оскорбление и миролюбие.
Язык жестов предназначен для общения с низшими особями. Но знак, прочитанный Хошем, обозначал внимание, концентрацию, готовность к диалогу.
Зрашт проверял соперника, провоцировал его.
Хош понял: от него ждут срыва, вспышки неадекватного поведения, бесноватой агрессии. Пришлось унять растущее раздражение. Гибель главы легендарной кочевой Семьи пока не входила в его планы.
Вскарабкавшись на возвышение, он заставил себя прекратить ментальную атаку.
Чем завершится их встреча, пока неизвестно, но уже сейчас Хош испытывал разочарование. Зрашт, одна из немногих одиозных фигур современного мироустройства, выглядел дряхлой, нежизнеспособной особью. Выцветший хитин говорил о многом. Например – о затянувшемся конфликте внутри кочевой Семьи. Что мешает ему сменить давно состарившееся тело? Ответ напрашивался только один: существуют молодые претенденты на верховную власть, готовые перекусить дыхательные трубки мнемоническому клону Зрашта, пока тот еще находится в отсеке-инкубаторе.
Пауза затягивалась.
– Почему ты жаждешь войны? – наконец спросил Зрашт. – Зачем раздаешь пустые обещания, возрождаешь тщетные надежды?
– Моя цель известна, – спокойно отреагировал Хош.
– Единую Семью невозможно возродить, – так же спокойно, весомо ответил Зрашт. – Ты встал на опасный путь заблуждения. Древний искусственный мир разрушен временем. Там нельзя жить. Все, кто последует за тобой, погибнут.
– Я жил в мире предков. Видел все своими глазами, прежде чем осознать цель.
– Великие знания утрачены. Управление климатом безвозвратно разрушено. Даже возвращение кристаллической машины[24] не изменило сути вещей. Бег времени не повернуть вспять. Ты объявил себя высшей формой воплощения коллективного разума и должен понимать: Семьи, которые решат пойти за тобой, обречены.
– Обречены те, кто утратил волю, смирился с ограниченностью жизненных пространств, принял путь вырождения! Я жил в мире предков, изучал его, видел города людей, поселившихся там! Они сумели создать подходящий для себя искусственный климат на ограниченных территориях!
Зрашт неодобрительно скрипнул жвалами.
