В Верховном совете Узбекистана в эти годы не сформировалось сколь-нибудь серьезных оппозиционных фракций, и Каримову не пришлось принимать каких-то экстраординарных мер, подобных тем, что были изобретены в соседнем Казахстане. Однако в течение всего времени президент Узбекистана постоянно встречал серьезное сопротивление радикальных исламистов. Их структуры изначально были нацелены скорее на вооруженную борьбу, нежели на участие в выборах в парламент. Хотя в любом случае им вряд ли была бы предоставлена возможность легальной политической деятельности. В то же время эти силы были хорошо структурированы уже в начале 1990-х. К ним, в частности, относились такие организации, как Адолат уюшмаси (Общество справедливости), Исламская партия Возрождения, Исламская партия Туркестана, «Ислом Лашкарлари» («Воины Ислама») и др. В середине 1990-х годов они образовали Исламское движение Узбекистана. Все эти организации были запрещены, некоторые из них принимали участие в гражданской войне в Таджикистане на стороне Объединенной таджикской оппозиции.
В 1995 году с помощью общенационального референдума Каримов продлил свои полномочия и в январе 2000 года был избран президентом республики во второй раз.
Ужесточение политического режима сторонники Каримова нередко объясняли необходимостью борьбы с радикальными джихадистами. В мае 2005 года в Андижане произошли массовые акции протеста, сопровождавшиеся захватом заложников и применением оружия. Эти акции были вызваны недовольством судебным процессом над группой местных предпринимателей, которых обвиняли в участии в радикальных исламских группировках. В итоге в Андижан были переброшены войска, которые открыли огонь по митингующим. Волнения удалось подавить, и их причины Каримов свел исключительно к проискам радикалов и экстремистов.
Хотя, безусловно, в значительной мере недовольство жителей Ферганской долины, как и других регионов, было обусловлено крайне низким уровнем жизни (сравнимым с нищетой) и бесправием.
После этих событий был серьезно ужесточен политический режим и контроль над СМИ. Столь же серьезный надзор осуществлялся за деятельностью любых общественных организаций и тем более политических партий. Вообще, партийная система Узбекистана, как и в соседнем Казахстане, носила и носит декоративный характер. В этой связи трудно говорить о какой бы то ни было реальной политической жизни в стране.
После смерти Каримова в 2016 году и перехода власти к Шавкату Мерзиёеву характер политического режима не изменился.
В первую очередь следует остановиться на вопросе о судьбе норм, запрещавших занимать должность президента более двух раз подряд. Такие нормы были включены в конституции почти всех постсоветских государств, за исключением тех, что избрали для себя в качестве формы правления парламентскую республику. Однако в тех странах, где власть главы государства постепенно приобрела авторитарный характер, данное ограничение либо игнорировалось через изобретение формальных отговорок, либо было вообще отменено.
В Казахстане это ограничение, предусмотренное пунктом 5 статьи 42 Конституции, было предметом толкования Конституционного совета и в конечном счете осталось в тексте, скорее всего, по желанию самого главы государства Нурсултана Назарбаева. Но оно не имело ровно никакого значения для него самого. Как уже говорилось, в 2010 году он получил титул Лидера Нации (Ел Басы) и право избираться президентом столько раз, сколько ему будет угодно.
В Узбекистане в Конституции 1992 года после принятия ее девятой редакции норма о запрете занимать президентскую должность более двух сроков подряд тоже сохранилась. И тоже не сыграла никакой реальной роли, поскольку сама Конституция все это время оставалась лишь декорацией. Авторитарный опыт Узбекистана интересен, пожалуй, лишь тем, что глава государства, выдвинув вопреки Конституции свою кандидатуру в третий раз подряд на президентских выборах 2007 года, не потрудился предложить для этого какого-либо, даже чисто формального обоснования. А контролируемые государством СМИ не решились коснуться этой темы.
