– Я тебя все равно достану, – тихо произнес Саша, вокруг все поплыло, и он закрыл глаза.
Буквально через минуту, когда он их открыл, его уже окружили любители дорожных происшествий. Водитель старенького «BMW» выскочил из салона и подбежал к Саше.
– Эй, мужик, с тобой все в порядке? Живой? – он кричал прямо ему в лицо, при этом выглядел он здорово перепуганным, наверное, раньше ему не доводилось сбивать людей.
Саша приподнял руку, показывая, что все в порядке. По толпе зевак пошел гомон: «живой, живой», «гляди, живой», «ну дает» … Лежа здесь, на проезжей части, Саша думал, что судьба не лишена иронии. Он только что чуть было, не стал жертвой несчастного случая. Если бы водитель не успел затормозить, перелетел бы он сейчас машину, шмякнулся бы башкой вниз, переломал бы все на свете, и сдох. Саша даже попытался хохотнуть, но это больше напомнило жуткий стон. Это незамедлительно вызвало реакцию наблюдателей: «стонет, стонет», «жить будет» …
– Ну, ты даешь. Я же мог тебя убить на хрен, – заметил водитель, таращась на сбитого парня, – может отвезти тебя в больницу? Шваркнулся ты здорово.
Саша приподнялся:
– Нет, не надо, спасибо. Я в порядке.
– Если это для тебя порядок, то, что же для тебя непорядок, – только и смог сказать удивленный водитель и помог ему подняться и встать на ноги.
Саша, конечно же, с радостью повалялся бы недельку другую на больничной койке, но на столбе был прикреплен белый конверт, поэтому койка отменялась. Водитель подозрительно осмотрел сбитого, а затем так же подозрительно посмотрел на свою машину. Саша проследил за его взглядом. Лобовое стекло старенького «BMW», было изрыто паутиной трещин и слегка вдавлено в салон.
– Это моя вина. Я был не осторожен. Вот моя визитная карточка, позвони, я заплачу за стекло.
Водитель принял кусок пластика, внимательно его изучил и сунул в свой кошелек.
– Ну, Александр, смотри, может все-таки отвезти тебя в больницу?
Вопрос был вполне естественен: на асфальте была лужа крови, которая вытекла из головы Александра Логинова.
– Нет, спасибо. Я в порядке, только голова немного болит. – голова у него не просто болела, она готова была разорваться на части, разнося невыносимую боль в разные стороны.
– Я думаю, – мотнул головой водитель. – Кровь то хоть остановилась?
Саша прикоснулся к затылку, это вызвало приступ тошноты, но он его подавил, и поднес пальцы к лицу, на них была кровь, но, судя по тому, что она не лилась за шиворот, можно было предполагать, что остановилась:
– Вроде бы да.
– Ну, смотри. Счастливо оставаться. Будь осторожен. – Водитель направился к своей машине.
Саша махнул ему рукой и побрел прочь от места аварии. Голова кружилась, бросая его из стороны в сторону, как пьяного, и заплетая ватные ноги. Но ему нужно было добраться до конверта, который остался на перекрестке.
Прохожие подозрительно оглядывались на молодого человека в черном пальто. Вряд ли он мог вызвать доверие. Измятое, грязное пальто, шатающаяся походка и запекшаяся на затылке кровь – не самый лучший способ расположить к себе. Саша не замечал этих взглядов, он думал об одном: что написано в белом конверте. Если бы он мог, то побежал, но боялся, что, как только это сделает, то рухнет, потеряв сознание. Спустя десять долгих, как вечность, минут, он добрел до перекрестка. Увидев конверт на прежнем месте, он облегченно вздохнул. Самое ужасное, что могло произойти, – кто-то из любопытства мог просто его сорвать, а внутри могло быть… но все обошлось, – Саша подошел к столбу и сорвал конверт, прихваченный лентой скотча, и он задрожал в его руке. Саша почувствовал, как рана на затылке начала учащенно пульсировать. Страх сковал его руки, и они отказывались раскрывать конверт. Он хотел его разорвать на миллион мелких кусочков, чтобы никогда не узнать, что в нем, но не мог этого сделать. Саша привалился к столбу и сполз на землю. Почему-то он вспомнил Свету, которой Таня так и не дозвонилась, и открыл конверт.
Там лежали фотографии… И записка…
Кошки-мышки. Нет, кот и мышки.
Свету нашли в пятницу, в одиннадцать часов дня, через час после того, как Саша открыл конверт и увидел лежащие в нем снимки. Ее нашли на детской площадке, недалеко от городского кинотеатра. Небольшая дворовая детская площадка. Она была окружена густыми деревьями, которые частично скрывали ее от посторонних глаз. В центре площадки находились качели, подвешенные на металлических цепях. На одной из них была Света. Со стороны могло показаться, что девушка решила покататься на качелях, вспомнив детство. Но так могло показаться только на первый взгляд. Качели не раскачивались из стороны в сторону, да и сама девушка сидела неподвижно. Когда следственная группа подошла ближе…
