Зайдя передохнуть в 215-ую, я встретил там безнадёжно-улыбающегося Рудика и понял, что у того для меня есть сногсшибательные новости.
— А где наш драгоценный друг? — спросил я про Владичку. — Ну, чего ты лыбишься?
— А у меня для тебя новость, — не отвечая на мои вопросы, радостно закричал Рудик. — Владик узнал, что ты куришь!!!
— Да ты что! Откуда?!
— Ему Рябушко сказал! Ну, вот! Владик, конечно, был в шоке и не поверил…
— Это Рябушко-то? Своему лучшему другу? — перебил я Рудика.
— Ой, — отмахнулся от меня тот, — да это только чтобы поболтать побольше. Ты знаешь, я так рад, что у него с собой в тот момент йогурта не было, а то он как раз около моей кровати стоял…
— А это что? — спросил я, указав на мокрое пятно на его штанах.
— Ну, так… ну, ведь он всего лишь чай держал… от чая же никаких пятен не будет, правда?
— Правда, правда! — поддержал я. — То, что мы сейчас пьём — это не чай, а сено, от него ничего не будет. А чего это он чай стоя пил?
— А так, говорит, интереснее. Говорит, ощущаешь, как чай в желудок плюхается. А тут Рябушко зашёл…
— Ну, ничего, ты у нас ко всему привыкший. Иди-ка к камину подойди — быстрее высохнет.
— И то правда, — сказал безнадёжно-улыбающийся и подошёл к стене, где у нас висел камин.
Я понял, что уже отдохнул и с новыми силами выбежал в коридор.
Не помню, как оказался в 211-ой, но добрые и отзывчивые сегодня татары снова усадили меня за свой стол. Только сев, я обнаружил, что с двух сторон окружен сплошными непальцами.
— Вот тебе и весь сказ! — подумал я про себя, как Наиль протянул мне рюмку доверху налитую водкой…
Где-то после четвёртой рюмки я, вальяжно развалившись на диване и дымя сигаретой, уже вовсю болтал с непальцами на их диалекте и прекрасно их понимал. Среди клубов дыма отчаянно махавший ручонками непалец справа вот уже полчаса пытался мне что-то сказать. Наконец, до меня дошло:
— Я Дэсь! Мэня зовут Дэсь! — кричал он мне.
Поскольку до этого я слышал несколько похожее на это имя, а именно Дэш, то, учитывая акцент, я понял, что передо мною и есть этот самый Дэш, который вдруг, перепив, ни с того, ни с сего захотел со мной познакомиться.
— Ага! — кивнул я ему, думая о том, как бы хорошо сейчас куда-нибудь блевануть.
Мартын, видя такое дело, как хозяин комнаты решил довести наше знакомство до конца.
— А это вот Рыжий, — начал он отвечать за меня, — или просто Андрюха.
— Ага, точно! — решил что-то сказать и я.
Очевидно, Дэшу не понравилось ни одно из этих имен, поэтому он обратился ко мне так:
— Ан-дрей! — выговаривая по слогам, сказал он. — Тэпэрь будэшь со мной здороваться каждое утро?
— А то! — мне было уже всё по колено.
Непалец слева тоже решил, что и он не лыком сшит, и тоже представился. Тут, вообще, поднялся жуткий галдёж — все непальцы посчитали за смысл жизни познакомиться со мной. Нечего даже и говорить, что я не запомнил их имен, тем более, я и не пытался.
Но вот, наконец, все решили дружно подняться и влиться в общую массовку в коридоре. Ничего не соображая, я измерял куриными шагами коридор, как вдруг передо мной выросла двухметровая обезьяна с протянутой рукой и слёзной мольбой:
— Ну, Рижий, ну, налей ещё!
Слово «пожалуйста», прозвучавшее через несколько секунд, убило меня окончательно. Пораскинув мозгами, а точнее водкой, которая была у меня в данный момент вместо мозговой жидкости, я пришёл к выводу, что если я теперь каждое утро запросто буду здороваться с непальцами за руку, то потеря медицинского спирта не такая уж и большая потеря.
— Ну, пошли, — сказал я Сони и повел его за собой.
Тот, очевидно, уже был уверен в своём успехе, потому что пустая бутылка уже перекатывалась в его руках.
Совершено случайно попав ключом в замочную скважину, я открыл 215-ую и зашёл туда. Хотя и очень далёкие, но остатки здравого смысла подсказывали мне не включать свет (Владик и Рудик уже спали, вернее, пытались) и вести себя тихо. Вообще-то, в мои планы входило оставить Сони за дверью и вынести ему в коридор пузырёк со спиртом, а у него уже в комнате или где-то ещё его разбавить. Однако, это не входило в планы Сони. Только преступив порог своей комнаты, я услышал позади себя страшный грохот и почувствовал, что кто-то налетел на мою спину.
— Давай спирт, — громыхал своей бутылкой Сони.
Я повернулся к нему, приставил палец к своим губам и попытался сделать ему знак говорить потише, но у меня только изо рта во все стороны полетели брызги и вырвалось какое-то шипение. Ничего не поняв, Сони пошарил рукой по стенке и, найдя выключатель, прежде, чем я успел ему что-то сказать, включил свет.
— А, теперь один хер, — махнув рукой, сказал я, увидев, как Рудик с Владиком испугано спросонья смотрят на нас и пытаются что-то понять.
И, ничего уже не соображая, я прямо в сандалиях, в которых ходил по общаге, не разуваясь, прочапал до окна, взял пузырёк и вернулся с ним к Сони. Тот прямо на месте, а точнее около нашего чертёжного стола приступил к действию.
