Слава Богу, до этого не дошло. Не знаю, на что я надеялся, но я решил покрутить кран с горячей водой. К моему удивлению вода шла прекрасно. Очевидно, увидев тётку, я в испуге случайно задел кран, и тот закрылся. А я-то на тётку подумал, только страху натерпелся.
Вымывшись с грехом пополам, я оделся и стал проделывать по «канату» обратный путь. В коридоре стояла та самая тётка, которая оказалась обычной уборщицей. И какая-то странная она была немного, как будто малость того — сдвинутая.
Увидав меня, она ошарашено выпучила свои глазки и печально-трагическим голосом спросила:
— Это чего же здесь такое случилось? А?! Почему всё чёрное? Что это?
Я вспомнил об её профессии, и мне даже стало её немного жаль. Стараясь говорить как можно спокойнее, я ответил:
— Понимаете, около месяца ведь воды горячей не было! Вы ведь знаете. А вчера вот дали. А народ грязный, решил сразу весь помыться… И вот…
Я развел руками, ещё раз посмотрев на окружающую меня грязь. Вряд ли ополоумевшая уборщица поняла мой бред. Бедняжка, ей предстояла каторжная работа. Но она с ней справилась, молодец! И только за одно это ей следует поставить памятник…
Помимо этого случая, душ, вообще, преподносил нам немало развлечений. К примеру раньше работал всего один душ. По чётным мылись бабы, по нечётным мужики. Затем отремонтировали второй душ, и он стал женским. Мы же хоть каждый день могли ходить в старый. Все были счастливы и довольны. Но стоило какому-нибудь из них сломаться, то тут-то и начиналась неразбериха.
Так, например, однажды, сломался наш. И в один прекрасный день на вахте появилось объявление, что с первого марта будет работать только женский душ по старому расписанию, то есть чет-нечет.
Узнал я об этом чисто случайно, потому что споткнулся у вахты и врезался рожей прямо в вахтенную будку, где перед глазами замаячило это объявление. А так бы я его даже и не заметил. Потом, расспрашивая остальных, я узнал, что объявление видели далеко не все. А отсюда напрашивался вывод, что 1 марта будет крутая шутиха.
Именно 1 марта Владик с Рябушко решили искупаться. Услышав от меня, что с сегодняшнего дня мыться надо в женском душе, они не поверили, но, увидев объявление, всё же решились туда пойти на свой страх и риск.
Как потом следует из рассказа возбуждённого Владички, в раздевалке мирно снимали лифчики такие же ничего не знающие девушки… Что было дальше — не для печати.
Вот, а сколько таких случаев произошло за целый день! Надо было ремонтировать наш душ не 1 марта, а 1 апреля. Вот уж, действительно, бы получилась шутиха!
И ещё об одном событии, произошедшим со мной в душе, не могу не рассказать.
По нашей общаге стали распространяться слухи, что в женском душе стал появляться какой-то мужик. И, кажется, были два случая изнасилования. Теперь наши девчонки стали ходить в душ только толпами и, вообще, боялись страшно.
Мне это, разумеется, не грозило, и, однажды, засидевшись допоздна над каким-то Гармашёвским заданием, я, часов в 12 ночи, пошёл мыться.
В душе были только два каких-то пацана, которые смылись буквально через 5 минут после моего прихода.
И вот стою я один посреди душа, мылюсь, как вдруг в раздевалку забегает какой-то мужик и начинает пристально меня разглядывать. Видно, я ему чем-то не понравился, потому что, простояв так минуты две, он убрался с глаз моих долой.
— Странно, — подумал я и продолжил мыться.
Через несколько минут в раздевалке показался другой мужик в милицейской форме и тоже принялся меня разглядывать. Затем тоже исчез.
— Очень странно, — снова подумал я и ещё яростнее стал натираться мочалкой.
— Что-то давно уже никто не приходит, — пронеслось у меня в голове минуту спустя.
Только подумав об этом, в раздевалке снова показалась чья-то голова — на этот раз третьего мужика. Но тот убегать не стал. Он сделал кому-то знак рукой, и к нему подошли уже знакомые мне первые два мужика. Теперь они стали переговариваться между собой и показывать на меня пальцем.
— Просто прелестно! В медицинском институте у заочников практические занятия по анатомии, небось. А я тут в качестве экспоната, — подумал я и повернулся к ним задом.
Всё-таки, голым человек чувствует себя несколько беззащитным, да ещё если на него таращатся три типа. Не очень это приятно, знаете ли!
Наговорившись, двое из мужиков ушли, а один — тот, который вбежал сюда первым — пошёл прямо ко мне. В кожаной куртке идти по парной! Гадость!!!
Я на всякий случай зашёл в кабину поглубже и стал ждать продолжения. Мужик подошёл так близко, насколько позволяли ему летевшие во все стороны от меня брызги. Затем откашлялся и произнёс:
— Я из милиции. Не видели ли вы кого-нибудь здесь, пока мылись?
— Видел, — ответил я, высунув голову из кабины и стараясь заглушить своим голосом звук льющейся воды. Выключать воду я не собирался ни за какие коврижки.
— Кого?
— Да двое тут мылись, а потом ушли.
— Какие из себя?
— Да примерно моего возраста.
— А-а-а, — разочаровано пробубнил мужик. — И больше никого?
— Никого.
И поняв, что толку от меня никакого нет, он развернулся и пошёл прочь.
