Азбука для побежденных полностью

Он схватил Аполлинарию за руку, и поволок прочь, на другой край площади.

— Это легенда, — говорил Вар. — Легенда о том, что эти три, ну, то есть две фигуры существуют не только на доске игроков, но и в реальности. Вы сказали, что они здесь? Что вы их видели здесь?

— Ну да, — кивнула Аполлинария. — А что в этом такого? Они показались мне довольно симпатичными, хотя я, признаться, не очень поняла, в чём смысл того, что я увидела в тот раз.

— А что именно вы видели? — спросил Вар.

— Я же рассказывала про Детектива. Но, видимо, забыла упомянуть, что поймать он хотел тех двоих… не знаю точно, кто они, но да, он их ловил, — объяснила Аполлинария. — Вар, я немного не понимаю причину вашего волнения.

— Значит, вы видели их, — тихо произнес Вар. — Вы видели их здесь. Это невероятно, Поля. Я и подумать не мог о такой удаче.

— Удаче? — безмерно удивилась Аполлинария. — Но при чем же тут удача?

— Сперва вы увидели их и помогли им, — словно не слыша её, произнес Вар. — Сейчас вы снова увидели их на доске, и опять помогли им, переломив ход партии. Аполлинария, у меня будет к вам просьба, — он поднял голову, и посмотрел на Аполлинарию серьезным, пристальным взглядом. — Я бы хотел, чтобы вы позволили мне быть вашим другом.

— Я только «за», но я снова не понимаю, — покачала головой Аполлинария. — Неужели для вас настолько важно это обстоятельство?

— Да, — кивнул Вар. — Думаю, через некоторое время вы поймете, что и для вас оно более чем важно. А теперь позвольте, я провожу вас домой, и подстрахую, ведь вам предстоит лезть обратно через окно. Ночь уже на исходе, и нам следует поторопиться.

— Спасибо, я сама хотела попросить об этом, — Аполлинария улыбнулась.

— И ещё одно. Я буду приходить к памятнику, и ждать вас там, — сказал так же серьезно Вар. — И днём, и ночью.

— Давайте встречаться пока что днём, — попросила Аполлинария. — Я подумаю, как решить вопрос со старухами, чтобы выходить и ночью тоже, но пока — я бы хотела всё-таки ночевать дома.

— Но ведь вам понравилось гулять, — возразил Вар.

— Очень, — кивнула Аполлинария. — Но что-то мне подсказывает, что нужно соблюдать осторожность.

— Вы правы, — согласился с ней Вар. — Всё будет так, как вы скажете. В следующий раз мы встретимся днём.

— Вот и славно, — снова улыбнулась Аполлинария.

— Маркировка, — снисходительно объяснила Лийга. — Ит, это просто маркировка потенциального объекта в будущем сиуре. В книге она выглядит как записка за тульей шляпки, в реальности… в реальности оно, конечно, сложнее, но суть та же.

— Лий, а кто маркирует миры? — спросила Дана.

— Они сами друг друга маркируют, — ответила Лийга.

— Это как? — не поняла Дана.

— Видела когда-нибудь, как дети знакомятся во время игры? Вот и с мирами то же самое, — Лийга зевнула. — Ещё находясь в Белой зоне, они образуют спонтанные сиуры, этакие детские связи, которые могут потом превратиться во что-то более серьезное, но лишь по прошествии времени. Довольно длительного времени. И записка, которую оставляет Аполлинарии Вар является именно таким маркером. Я понятно объяснила?

— То есть это всё-таки демиурги? — спросила Дана.

— По всей видимости, да, это они и есть, — кивнула Лийга. — Если я правильно поняла этот текст, Вар станет потом демиургом планеты-побратима, которая достанется Аполлинарии.

— Думаешь? — спросил до того молчавший Ит. — Уверена?

— А ты нет? — повернулась к нему Лийга.

— А я нет, — покачал головой Ит. — Но при этом у меня нет логичного объяснения тому, что мне кажется. Мне просто кажется, Лий, не более того.

— Кажется, что это не демиург? — уточнила Лийга. — А кто тогда?