Тот факт, что мужчина торопится, имеет очень важную подоплеку; вот что я хочу сказать: не позволив женщине первый оргазм, он должен научиться достигать его как можно быстрее. Поэтому женщина потеряла нечто невероятно прекрасное, нечто священное на земле — и вместе с ней потерял мужчина.
Любопытство хорошо, любопытство прекрасно, но не останавливайтесь на нем. Это хорошее начало, но не конец, потому что любопытство никогда не горячо и не интенсивно. Это интеллектуальная гимнастика.
Быть любопытным хорошо, потому что именно так начинается исследовательское путешествие в существование; но если просто оставаться любопытным, в этом не будет интенсивности. Можно двигаться от одного любопытного явления к другому — вы станете дрейфующей льдиной: с одной волны на другую, нигде не бросая якорь.
Любопытство хорошо в качестве начала, но потом нужно стать более страстным. Нужно сделать жизнь исканием, а не только любопытством. Что я подразумеваю под тем, чтобы сделать жизнь исканием?
Любопытство рождает вопросы, но ваша жизнь не становится вопрошанием. Вопросов много, вопрошание одно. Когда какой-то вопрос становится для вас настолько важным, что ради него вы готовы пожертвовать своей жизнью — тогда это вопрошание, поиск. Когда какой-то вопрос имеет такую важность, такую значительность, что вы можете рискнуть, можете поставить на карту все, что у вас есть — тогда он становится вопрошанием.
Любопытство хорошо в качестве отправного пункта для поиска, но многие люди всю жизнь остаются только любопытными. Их жизнь — пустая трата времени; они как перекати-поле, они не пускают корней. Они остаются в детском возрасте, они никогда не становятся зрелыми. Они задают тысячу и один вопрос, но на самом деле их не интересуют ответы. Пока вы отвечаете, они уже приготовили следующий вопрос. В действительности, когда Мастер отвечает на вопрос… если ученик просто любопытен, он уже думает о том, какой следующий вопрос он задаст. Он вообще не слушает ответ. Его не интересует ответ, ему нравится задавать вопрос…
Хорошо быть любопытным в начале, но не оставайтесь любопытным всегда. Чтобы расти, вам понадобится большая страсть. Любопытства недостаточно, чтобы преобразить вашу жизнь. Оно поверхностно, мелко. Вам придется создать пламенное желание узнать истину, сильнейшую, интенсивную страсть к истине.
Поскольку для этого нужна смелость, поскольку это связано с риском, люди продолжают думать о вопросах. Этим они заменяют поиск.
От природы красивых людей очень мало, поэтому макияж стал обычным явлением. Человек на протяжении тысяч лет пытался и пытается всеми возможными способами скрыть все уродливое в себе — уродливое в теле, уме, душе. Даже красивые от природы люди начали подражать уродливым и пользоваться искусственными уловками, — по той простой причине, что искусственные уловки производят обманчивое впечатление. Например, женские груди в своем естественном виде могут быть не так привлекательны, но есть способы добиться более эффектного впечатления. Если женщина, у которой от природы красивые груди, поймет, что не обладающие такой красотой женщины, прибегнув к определенным уловкам, могут произвести еще больший эффект, тогда она начнет им подражать.
Макияж, сама идея макияжа, по сути своей лицемерна.
Распевание мантры притупляет ум; всякое повторение отупляет ум, делает его глупым. Если вы просто повторяете мантру, это убивает вашу чувствительность, навевает скуку, как бы усыпляет сознание — вы становитесь более бессознательными, нежели сознательными, начинаете погружаться в сон. Матери прекрасно знают, что, если ребенок не может угомониться и заснуть, нужно спеть ему колыбельную. Колыбельная — это мантра. Мать повторяет ее снова и снова, снова и снова, и ребенком овладевает скука. Постоянное повторение чего-либо создает атмосферу монотонности. Ребенок никуда не может деться — мать сидит у его кроватки и повторяет колыбельную. Ребенок не может сбежать, не может сказать «Замолчи!» Он вынужден слушать. Единственное, куда он может сбежать, это в сон. Так он и поступает, — чтобы избавиться от колыбельной и от матери.
Мантра работает таким же образом: вы повторяете определенное слово, и возникает монотонность. Любая монотонность умертвляет, навевает скуку, притупляет ясность сознания.
Это использовалось самыми разными способами. В старых монастырях по всему миру — в христианских, индуистских, буддистских, — в большем масштабе прибегали к той же уловке. Жизнь в монастыре монотонна и размеренна. Каждое утро вы должны вставать в три часа или в пять часов и затем начинать привычную последовательность действий. Эта последовательность повторяется изо дня в день на протяжении всей вашей жизни. По сути, это превращение всей вашей жизни в мантру, непрерывное повторение. Со временем, делая снова и снова одно и то же, человек становится похожим на лунатика. Спит он или бодрствует, не имеет значения; он непрерывно делает пустые жесты и пустые движения. Для него пропадает всякое различие между сном и бодрствованием.
