Во время спектакля в еврейском театре внезапно опустили занавес, и к зрителям вышел невероятно взволнованный директор театра.
— Дамы и господа! — сказал он, — я вынужден с прискорбием вам сообщить, что с нашим великим актером, любимцем публики Менделем Кальбом в гримерной только что случился сердечный приступ, и он скончался. Мы не можем продолжать спектакль.
Услышав это, тучная дама средних лет поднялась со своего места в бельэтаже и прокричала:
— Скорее дайте ему куриного бульона!
Директор удивился и произнес:
— Мадам, я же сказал, что приступ был смертельным. Великий Мендель Кальб мертв.
Женщина повторила:
— Так поторопитесь, дайте ему скорее куриного бульона!
Директор в отчаянии воскликнул:
— Мадам! Этот человек умер! Какая ему будет польза от куриного бульона?
— А какой вред? — сказала женщина ему в ответ.
Вся метафизика… Самое большее, что можно сказать в ее пользу — это то, что она не может принести вреда. Это куриный бульон для покойника. Из нее не выходит ничего хорошего. Из нее не может выйти ничего хорошего — это просто слова, просто игра слов. Из нее не может выйти ничего хорошего. Да, она безвредна. Это бесполезная деятельность, из нее не выходит даже вреда.
Мистицизм — это переживание того, что жизнь не логика, не силлогизм, что жизнь — это поэзия, песня. Мистицизм заявляет, что жизнь невозможно познать, она по природе своей непознаваема.
Наука разделяет существование на две категории — известное и неизвестное. Известное когда-то было неизвестным, а затем стало известным. Неизвестное сегодня не известно, но завтра или послезавтра тоже станет известным. Наука верит в то, что рано или поздно понимание достигнет такого уровня, что останется только одна категория — известное; все будет известно. Неизвестное постепенно переходит в категорию известного.
Мистицизм заявляет, что жизнь включает в себя три категории: первая — известное; вторая — неизвестное; и третье, самое важное — непознаваемое: то, что не познано и никогда не будет познано. И в этом вся суть.
Люди цепляются за свои мнения. Эти мнения безосновательны, но все равно они за них цепляются. Чем более безосновательно мнение, тем больше люди за него цепляются. Если оно действительно обоснованно, цепляться не нужно, оно само по себе истинно. Цепляние необходимо, когда мнение безосновательно, и основой может стать только ваше цепляние.
Всегда помните: если то, что вы знаете, истинно, вы никогда не рассердитесь в случае, если кто-то будет это опровергать. Ваш гнев пропорционален вашей неуверенности в том, что это истина. Гнев показывает, что у вас просто есть всего лишь мнение, но нет знания.
Что плохого в промывании мозгов? Промывайте их каждый день, держите их в чистоте. Вы любите тараканов? Когда я промываю людям мозги, я нахожу тараканов. Тараканы — совершенно особые животные. Наука выяснила, что, где бы вы ни нашли человека, вы найдете тараканов; и там, где вы нашли тараканов, вы найдете человека. Они всегда вместе, они древнейшие спутники.
Что находится в ваших мозгах? Промывать ваши мозги абсолютно правильно. Но люди истолковали это очень неверно; эти люди не правы.
Христиане боятся, когда кто-то промывает мозги христианам, потому что тогда они перестанут быть христианами. Индуисты боятся, потому что индуисты перестанут быть индуистами. Мусульмане боятся, коммунисты боятся.
Все боятся промывания мозгов.
Я — абсолютно за.
Есть одна старая поговорка: «Чистота ведет к Богу». Сейчас Бога уже нет, так что осталась одна чистота.
Чистота — это и есть Бог.
И я не боюсь промывать мозги, потому что я не развожу в ваших мозгах тараканов. Я даю вам возможность ощутить чистый ум; и как только вы узнаете, что такое чистый ум, вы никогда никому не позволите бросать себе в ум мусор. Это преступно.
Промывание мозгов не преступление; вопрос в том, кто сделал их грязными? Загрязнение чужих мозгов преступно; но все религии, все политические лидеры во всем мире используют ваш ум как общественный туалет. Все эти отвратительные люди осуждают промывание мозгов; тем не менее, промывание мозгов — очень хорошая работа.
Я отмываю мозги дочиста.
