Те же альбигойцы во Франции, Италии, Германии открыто ратовали за возврат к «белой вере» в Бога Небесного, они называли христианство «дьявольской силой», отрицали его. В XII веке создали свою Церковь, и что? Государство разрешило им вести уединенную жизнь в сельских общинах, там они проповедовали, там их называли «добрыми людьми». И все. Кроме нравственного примера (что само по себе ценно), ничего иного они обществу дать не могли. И не дали.
Поразительно, и здесь алтайские традиции гирями висели на ногах «еретиков». На Алтае же не боролись за веру, там с Богом рождались и умирали. Авторитет духовенства был незыблем, утверждался личным примером. Но такой «безмятежный» стиль жизни не годился Европе, где религия стала политическим средством, а Церковь ее инструментом.
Когда нет нравственного совершенства у священнослужителей, искать правду среди них нельзя, любой, самый громкий, протест превратится в молчание. Даже массовых самосожжений, к которым прибегали «еретики», было мало, чтобы их заметил папа и изменился… Счастье победы приходит к человеку, когда дела прославляют его имя. А дел-то и не было! Их не дозволяли «еретикам». Они жили как бы сами в себе. Дальше сельских общин «ересь» не двигалась.
Папа, сделав ставку на «тюркскую карту», руководил западным миром. Друзей у папы всегда было больше, чем противников. Церковь, владея душами народов, оставляла оппонентам ровно столько свободы, сколько считала нужным. До поры (то есть до XIII века, еще до прихода в Европу Батыя) терпеливо смотрела и на «еретиков», давая им самим иссохнуть.
Папа же непрерывно работал. Даже утопая в роскоши своих дворцов, работал.
Понимая, идеями простой люд не завоюешь, он «христианизировал» тюркские праздники, чтобы подчинить себе и шумные народные гулянья. Например, праздник день Богоявленья (Корачун) — 25 декабря, объявил Рождеством Христа. Объявил не сразу, а через века после «рождения» младенца. Прежде тот день отмечали 6 января, что до сих пор хранят календари восточных Церквей, там по-прежнему день рождения Христа приходится на 6-е число.
Увы, «еретики» отдавали один козырь за другим. Каждый их проигрыш усиливал католичество. Будто нарочно.
…В V и даже в Х веке едва ли не все католики знали тюркский язык, на нем же в христианской Церкви читали молитвы. Это был родной язык для многих в Центральной и Западной Европе, но его называли «народная латынь» или вульгата. То была смесь тюркских и нетюркских слов.
