Поэтому не удивительно, что история философии сегодня преподается не должным образом. Это скорее история философов, их мировоззрений и их школ, но не история самой философии как таковой. Есть учебники по истории философии, но нет учебников по самой философии, которые бы разъясняли, что это такое, для чего это и какая в этом польза. Это примерно, то же самое, как вместо физики и её законов преподавать историю физиков, их байки и их представления о мире. Представьте, если бы вы, изучая физику эпохи Ньютона, изучали бы вместе с физикой все взгляды Ньютона, в том числе и религиозные. Какой бы тогда была физика? А ведь сегодня, изучая философию, нередко изучают религию и религиозные взгляды того или иного философа. Почему? Да потому что не знают, что такое философия, есть ли у неё рамки, законы, в чём её особенность. Многие философиоведы с учёными степенями сегодня уверены, что у философии нет точных и вполне определённых законов.
Сегодня даже те учебники, которые называются не «История философии», а «Философия», по сути, не учат философии и ничего не говорят о ней, являясь на деле такими же учебниками по истории философии. Причём, так же скверно составленные, как и учебники непосредственно «Истории философии». Это и понятно, невозможно составить учебник или историю того, что ещё не выяснено и является «философским вопросом». Такие учебники могут дать только приблизительное представление о предмете. И это в лучшем случае. В большинстве своём они уводят от истины.
На самом же деле, история философии – это история борьбы идей, история борьбы науки с религией и невежеством. Именно так и должна преподаваться история философии. В соответствии с этой борьбой менялось и отношение к философии, и даже само название философии.
Столетиями философия преподаётся так, как сегодня. Совершенно не научно и не верно. К сожалению, даже в советское время философиоведы не смогли выработать правильного изучения и преподавания философии. Стоит ознакомиться с известными учебниками советских учёных философов, как на поверхность всплывают всё те же проблемы непонимания философии как явления.
В результате мы получили то, что сами философиоведы с непохвальным упорством отделяют философию от науки, в результате чего философия стала почти антинаучна по многим позициям, на радость теософам и на горе самой философии. В итоге многие учёные других областей науки, изучавшие в вузах философию, именно так к ней и относятся, как к околонаучной деятельности. Иными словами, учёные разных областей науки часто не знают, что такое философия и для чего она. И в этом не их вина, так их в своё время научили философиоведы.
К примеру, известный биолог и популяризатор науки Александр Панчин на одном из своих интернет-ресурсов написал:
«На X форуме «Ученые против мифов» меня спросили, какое место в научном процессе занимает философия. Я ответил, что практически никогда не встречал отсылок к каким-либо философам в моей специализации – биоинформатике, математической и эволюционной биологии и смежных областях.
Редкое исключение – отсылки к Попперу и его критерию фальсифицируемости. Но они всплывают, когда речь идет о чем-то очень маргинальном – например, если ставится под сомнение сама легитимность какой-то гипотезы. Тогда же могут вспомнить про бритву Оккама.
Единственное, что связано с философией и упоминается регулярно – это этика. Если эксперимент проводится на людях, его авторы обязаны получить согласие участников…».
Такое отношение к философии показывает, что Панчин не понимает философии. Вернее, он понимает её именно так, как его научили её понимать философиоведы в годы его обучения. Но разве логика, на которой основываются все науки, не вышла из философии? Разве все остальные науки не вышли из философии? Разве сам Панчин в своей статье, отрывок из которой приведён, не занимается философствованием, пытаясь осмыслить, что дала философия науке? Пусть от незнания предмета его осмысление дает сбои, но это не значит, что он не осмысливает, не философствует. Так какое же место в научном процессе занимает философия, если любой учёный просто вынужден философствовать, осмысливая что-то новое?
Другое дело, если имеется ввиду теософия, религиозная философия. Вот она, действительно ничего науке не дала, скорее наоборот, всячески мешала ей развиваться. Но ведь Панчин пишет о научной философии, если указывает на фальсифицируемость, Бритву Оккама. Упомянутая им этика тоже во многом явилась основой для такой науки как педагогика.
Традиционно говорят о том, что «философия – это любовь к мудрости». В этом случае происходит путаница. Путают название деятельности с самой деятельностью, т.е. путают термин с явлением. Это ошибка. Конечно, не все люди являются профессиональными философами, чтобы понимать это. Проблема возникает тогда, когда специалисты по философии – философиоведы, тоже не могут или не хотят этого понять. Тут уже возникает вопрос о профессионализме.
