— Всё-таки, один единственный вопрос, Голова, вопрос на засыпку. Чем же это Мы Вам так досадили, что Вы пошли на фактический разгром нашего банка и всей нашей компании.
— Марья Ивановна!
Казалось, заговорив вслух, ожила статуя, настолько неожиданным был раздавшийся рядом голос Старосты.
— Первое. Банк не ваш, банк городской. Общий, если вам так лучше понятно. И у вас в нём лишь только доля и отнюдь не самая большая. Была, — криво усмехнулся он.
— И у нас действительно нет к Вам претензий, как к специалисту. Но мы крайне недовольны Вашим способом ведения дел.
— Эти Ваши выплаты…, - недовольно поморщился он. — Мало того, что Вы этим нарушаете сложившийся в городе уровень оплаты труда, но Вы обособились от своих товарищей…
— Под товарищами, Вы понимаете естественно только себя, — ледяным тоном перебила его Маша.
— Маша, Маша, — осуждающе покачал тот головой. — Ну зачем же ты так! Совсем не обязательно. Но хотелось бы, чтобы вы не забывали своих старых товарищей и приняли нашу посильную помощь. Ну, хотя бы в этом Вашем, как оказалось, столь прибыльном предприятии в землях Империи.
— Ах, вот оно что, — задумчиво протянула Маша. — Вот, значит откуда ноги растут.
— Значит, Вам не даёт покоя наша экспедиция в земли ящеров и Приморье, доходность сего дела.
Сцепив руки перед собой, она откинулась на спинку кресла и задумчиво посмотрела на сидящих перед ней представителей самых богатых людей города.
— Скажем так, Маша, Мы были бы совсем не против профинансировать вашу очередную экспедицию. Или…, принять некоторое участие в ней, — осторожно, тщательно подбирая слова, вступил в разговор Голова, делая особый акцент на слове "очередную". — С соответствующим разделением последующих прибылей.
— При этом мы понимаем, что весомая доля в прибылях должна принадлежать Вам, Вашей компании, как первооткрывателям, но и наше посильное участие требует соответствующего поощрения.
— Угу, — задумчиво покачала головой Маша. — Первые два дня, пока не разберётесь что и как, а дальше пока уже сами не сможете перехватить вожжи. Потом нас в сторону, а сами на коне. Знакомо.
— А чтоб мы не шибко трепыхались, вы решили нас немного придавить, как кошка мышку. Чтобы мы были на переговорах, так сказать, посговорчивее, погибче.
— А что же вы сразу не пошли к нам и не сказали, что у Вас есть в этом деле интерес? — вопросительно подняла на них взгляд Маша. — Что ж вы честно, прямо не подошли?
— А вы бы вот так сразу и согласились? — скептически хмыкнул Староста. — А то мы вас, Марья Ивановна, не знаем. Вы же всегда на особицу. Всегда сами, всегда одни. Что ты, что ваш профессор, что Корней, что… некие Сидор с Димоном, — Староста осторожно покосился на Изабеллу. — Да и согласись, условия будущего соглашения в данном случае диктуем всё же мы. Поэтому пришлось пойти на кое-какие издержки.
— Это, доведение простой домашней свары, чуть ли не до вооружённого всегородского конфликта вы называете "кое-какие издержки"? — Маша, возмущённо сверкая глазами, раздражённо заворочалась в своём кресле.
— Это целиком ваша вина.
Голова, снова включаясь в разговор, сердито постучал пальцем по столу.
— Никто из нас не собирался и не собирается доводить дело до вооружённого столкновения. Это всё лично Ваша инициатива по раздуванию конфликта. Подняли панику, устроили в городе бучу. Привлекли на свою сторону ящеров. Объявили о наборе в городе добровольцев. Вооружили бывших пленных амазонок….
— Кстати последних, потрудитесь обратно ввести в положенный им статус, — перебил его раздражённым голосом Староста. — Нам в городе не хватает только полусотни амазонок, вооружённой вашими стараниями до зубов, — невольно покосился он в ту сторону террасы, где стояли только что упомянутые особы, вооружённые своими страшными, дальнобойными луками. — В общем, как завертели, так и изворачивайтесь. Сами вооружили, сами и разоружайте. Но это даже не обсуждается!
— Да, Маша, — согласно кивнул Голова, — это обязательное условие любого нашего соглашения. Любого! И оно действительно, не обсуждается. В городе не должно быть вооружённых амазонок. Тем более в таком числе. Пятьдесят лучниц! — возмущённо зашипел он, понижая голос, чтобы его невозможно было услышать на противоположном конце террасы. — Это мы уже проходили, и к чему подобная глупость приводит, тоже прекрасно уже знаем. Так что потрудитесь первым же делом избавиться от них.
— Вот так вот и избавиться? — задумчиво проговорила Маша, пронзительно глядя на него.
— Вообще-то у нас с ними договор о найме и я не вижу никаких причин его нарушать.
— Надеюсь, требование городских властей? Убрать! Это достаточно веская причина? — с открытой угрозой в голосе тихо поинтересовался Голова.
— Оо-о. Как мы быстро и легко скатываемся от улещивания до угроз, — насмешливо хмыкнула Маша. — Но сей вопрос можно будет решить и потом. Сейчас же давайте вернёмся к вашим предложениям.
— Итак, Маша, — снова мгновенно преображаясь, Староста расплылся в широкой улыбке.
