За их танцем последовал традиционный танец отца с дочерью/матери с сыном, а вскоре после этого всех пригласили присоединиться. Дети повскакивали со своих мест и побежали на танцпол, сходя с ума под песню Энрике Иглесиаса «Bailando». Я осталась одна, и впервые за сегодняшний день меня пронзила тоска. Черт бы побрал Романа за то, что он меня бросил. Но прежде чем я успела слишком сильно расстроиться, ко мне подбежал Винсент. Он выглядел очаровательно в своем облегающем черном смокинге, камера была перекинута через плечо и задевала его бедро.
— Привет, Софи! Я взял перерыв. Хочешь потанцевать?
Он не догадывался, что я пришла сюда с Романом. Но, не теряя времени, ответила «конечно» и поднялась со своего места, забыв о том, какое у меня вообще-то было объемное платье и какие высоченные каблуки. Так что я споткнулась. Винсент поддержал меня, его внимательный взгляд фотографа пробежал по длине моего платья, а затем вернулся к моему лицу.
— Вау,
— Спасибо, — скромно поблагодарила я.
— Позволь мне сделать фото. — Он взял свой фотоаппарат.
Улыбаясь, я позволила ему нащелкать снимков. И тут мне в голову пришла шальная идея.
— Винсент, не мог бы ты также сделать пару снимков своим телефоном, включая один с нами двумя.
— Конечно, без проблем. — Он залез в нагрудный карман пиджака и достал свой телефон. Я снова попозировала ему, а затем, обхватив меня рукой, он сделал селфи нас двоих, на наших лицах сияли мегаваттные улыбки.
— Винсент, можно мне одолжить твой телефон на секунду? Мне хочется отправить фотографии родителям и показать им это платье.
— Почему бы тебе не воспользоваться твоим телефоном?
— Я забыла его.
— Тогда, конечно.
— Спасибо, — сказала я, когда он протянул мне свой телефон. Я нашла фотографию, где были запечатлены мы вдвоем, — она получилась идеальная — только я собиралась отправить ее совсем не родителям. А Роману. С адреса Винсента. Он попросил меня прислать несколько фотографий, и теперь они у него будут. Ну, по крайней мере, одна. Ха! Пусть он вырвет свое холодное сердце!
Не в силах подавить ухмылку, я снова поблагодарила Винсента и вернула ему телефон. Убрав его, он взял меня за руку.
— Давай, Софи, потанцуем.
И снова я почувствовала, как все взгляды устремились на меня, когда позволила Винсенту повести меня на танцпол.
Пошел ты, Роман. Я собиралась повеселиться!
Глава
21
Как долго длились долбаные свадьбы? Я не знал, потому что никогда на них не был. И, сидя в машине, все больше и больше злился. Двигатель работал, чтобы я мог послушать радио и включить кондиционер, но не сводил глаз с часов. Минуты тянулись как горячая патока. Невыносимо медленно.
Это случилось чуть больше десяти лет назад. Событие, которое изменило мою жизнь. И что еще хуже, это произошло всего в нескольких милях отсюда. Некоторые воспоминания никогда не стирались. Я переживал это много раз, каждый раз так же эмоционально мучительно, как и предыдущий. Сегодняшний день не стал исключением. Невыносимая волна грусти и вины накрыла меня. Я не должен был приходить сюда. Ни за какие миллионы лет. О чем, черт возьми, я думал?
И тут, без предупреждения, зазвучала мелодия. «Жар-птица» Стравинского.
Одна трясущаяся рука на руле, другая — на рычаге переключения передач, я уже собирался сдать назад, когда мой телефон пиликнул. Электронное письмо. В своем ужасном, невменяемом состоянии я не понял, что заставило меня посмотреть на него. Господи Иисусе. Это от Хреноблика. Какого хрена? Откуда, черт возьми, у него был мой адрес? Дрожащим пальцем и затаив дыхание, я открыл его.
