Бабочка (ЛП) полностью

Святая корова! На секунду мне показалось, что я словно смотрела любимое игровое шоу моей матери «Сделка или не сделка». В то время как лицо Кендры светилось, как рождественская елка, лицо Романа отражало предельное безразличие. Он даже глазом не моргнул. Снова тишина. Кендра практически пускала слюни, уже предвкушая, куда потратила бы такую возмутительную сумму денег, пока Роман обдумывал предложение. Мое сердце колотилось от волнения, но я не могла прочесть его бесстрастное лицо. Напряжение в воздухе было настолько сильным, что и бензопила не смогла бы его разрезать. Наконец, Роману это надоело.

— Что включает в себя сделка? — Он сложил свои красивые руки на столе, оставаясь холодным и бесстрастным.

Бернард перечислил список преимуществ, которые включали в себя покрытие всех производственных расходов и полную маркетинговую поддержку, что позволило бы сделать Дом Херста глобальным брендом.

— Кроме того, я приму вас в Федерацию высокой моды, а также обеспечу ателье в Париже, что позволит вам устраивать показы в столице мировой моды вместе с другими великими. Chanel… Givenchy… Dior… и так далее.

Роман, казалось, не был особо впечатлен. С покерным лицом он сделал еще один длинный глоток своего Perrier.

— Что еще?

— Я предлагаю вам базовую ставку в десять миллионов долларов в год и солидный бонус, если продажи превысят наши ожидания.

Кендра вскочила.

— А как же моя зарплата?

— Заткнись! — рявкнул Роман, прежде чем повернуться ко мне. — Моя Бабочка, у тебя есть вопросы?

Глаза Кендры округлились

— Ты серьезно, Роман? Она едва вылезла из подгузников!

Несмотря на ее оскорбление, я так же, как и Кендра, была шокирована тем, что он попросил меня принять участие в этих безумных переговорах. Она бросила в мою сторону очередную порцию кинжалов, пока я с тревогой теребила свой кулон в виде бабочки и размышляла над тем, что спросить. Думай, Софи, думай! На ум пришел только один вопрос.

— Мистер Альтман…

— Papillon, пожалуйста, зови меня Бернардом. — Проглотив вздох, я не позволила его сальному голосу напугать меня. Слова вырывались наружу:

— Бернард, будет ли у Романа творческий контроль?

Взгляд Бернарда перепрыгнул на Херста.

— Все просто. Вы можете делать все, что хотите, но я буду окончательно утверждать каждую коллекцию.

Роман криво улыбнулся.

— Большое спасибо.

Глаза Бернарда загорелись, как фейерверк. Зубастая улыбка Кендры была настолько широкой и яркой, что ослепляла. Французский магнат захлопал в ладоши, как ликующий ребенок, который добился своего.

— Fantastique³⁴! Мы заключили сделку!

Роман допил воду, затем поднялся со своего места.

— Никакой сделки! — Он повернулся ко мне. — Софи, давай убираться отсюда.

Он отодвинул мой стул, в то время как Кендра резко вскочила на ноги. Она была в ярости, ее лицо стало свекольно-красным от гнева.

— Роман, ты что, совсем охренел? Ты собираешься отказаться от ста миллионов долларов?

Самодовольная улыбка изогнула его пухлые губы.

— Ага. Просто смотри на меня.

С этими словами Роман схватил меня за руку и повел из комнаты прочь, оставляя позади ошеломленных Кендру и Бернарда.

— Роман, вернись! — Услышали мы, как крикнула Кендра.

— Je ne comprend pas³⁵, — бормотал Бернард. — C'est tout `a fait fou!³⁶

— Чертова французская лягушка, — бурчал Роман себе под нос, пока мы шли к лифту.

— Я думала, он больше похож на черепаху Тутер.

Обхватив меня рукой, Роман раскатисто рассмеялся. Эти звуки задели какую-то струну во мне. Его смех был заразителен, и когда двери лифта с шумом открылись, мы уже оба смеялись так сильно, что стало больно. Слезы катились по моим щекам.

— Роман, не жалеешь? — поинтересовалась я.

— Как пела любимая певица моей матери, покойная великая Эдит Пиаф, «Je ne regrette rien»³⁷. — Он начел петь строки знаменитой песни. Его баритональный голос идеальной высоты отскакивал от стен. Я засмеялась еще сильнее.

Мы зашли в лифт, и Херст, все еще прижимая меня к себе, нажал на кнопку этажа, где был расположен вестибюль. Двери закрылись за нами.

— Давай, Бабочка, выпьем чего-нибудь. И отпразднуем.

Глава 40

Софи