Другой вопрос, что, не зная всех аспектов криминального мира, не стоит туда и лезть. Нет во всем этом никакой экзотики или романтики. Чаши весов постоянно в движении, а это значит, ты никогда не будешь знать, какая из них перевесит в твоем случае...
– Я про тебя справки навел. Мог бы и напрямую со мной связаться, – сказал Тува и с шумом втянул в себя холодный мартовский воздух.
– Это как? Надо было телефонном справочнике номер поискать?
– Ладно-ладно, не ершись. Говори, что нужно.
– Я ищу информацию о том, что происходит на металлургическом заводе «ЯрМет». Насколько мне известно, за его руководством стоит один человек... он контролирует и сам завод, и поставки металла в области. Несколько предприятий уже обанкротились. А это рабочие места, люди, семьи...
Тува хмыкнул и покачал головой.
– Ты туда не лезь, журналист. Без головы останешься.
Илья знал, что Тува прав.
– Там сейчас и без тебя разборки, – продолжил Тува. – Так что, оставь... само разрулится.
– Вы тоже участвуете в этом? – напрямую спросил Илья.
Тува бросил на него изучающий взгляд.
– Мое дело – сторона. Я человек простой.
Илья кивнул. Тува был немногословен, но самое главное он сказал.
– Когда все это может произойти? – Задал Илья последний вопрос.
– Месяц... день... неделя... год... – Пожал плечами Тува. – Я хорошо знаю Михо, он не отступится. Так что, посмотрим, подождем...
– А вы на чьей стороне? – Не удержался Илья.
Глаза Тувы стали холодными и бесстрастными.
– Кречет или Мелок? Мелкумян – из молодых, наглых. За ним многие пойдут. А Михо Кречет – «карась», любит красивую жизнь. А это дело такое... не по нашим зубам, –Тува рассмеялся, ощерив полный рот железных коронок. – Вот я и понаблюдаю со стороны на их грызню. И ты посмотри, будет потом, что вспомнить на старости лет.
– Значит, все-таки Михо Кречет, – задумчиво произнес Илья.
– Он самый, – кивнул Тува. – Но об этом тебе любой следак скажет. Ко мне-то ты зачем пришел?
– Убедиться, что слухи верны.
Тува сжал челюсти и, прихватив Илью за плечо, развернул его к себе. Глазки его колко прошлись по лицу Говорова. Он процедил:
– Я знаю, что ты сделал. Теперь можешь попросить у меня, чего ты хочешь.
– Мне нечего у вас просить.
Тува оттолкнул его и скрипнул зубами:
– Не люблю я, когда меня за веревочку водят. Ну да ладно. Будет у тебя еще возможность. Тува по своим долгам всегда платит.
Они вышли к шоссе. Илья увидел мощный черный внедорожник, который медленно двигался вдоль обочины. Тува поднял руку и тот остановился.
– Бывай, журналист! – Подмигнул ему Тува и залез в машину.
Илья проводил взглядом отъехавший автомобиль, затем развернулся и зашагал обратно. Он думал о том, как странно порой переплетаются нити судьбы. Тува дал ему совет не лезть, и к нему стоило прислушаться. Если скоро начнутся разборки между криминальными кланами, это хороший задел для целой серии публикаций. Наблюдать со стороны тоже можно со знанием дела и с пользой. К тому же у него были знакомые бизнесмены, которые могли бы помочь ему, ввести в свои круги. Через неделю, как раз, в городе открывался экономический форум с гала-ужином, куда ему нужно было попасть обязательно, ведь там будут и те, кто под личиной столпов бизнеса прячет свое истинное лицо.
Илья набрал номер своего друга, Максима Алакшина, и кратко обрисовал свою просьбу. Тот обещал достать приглашение. Пресса, приглашенная на открытие, отбиралась совсем по иному принципу, а Илья хотел присутствовать без косых взглядов. Впрочем, смешно даже думать, что он окажется незамеченным.
– Иногда остается только наблюдать, – резюмировал он и усмехнулся.
В Зыблово жил один из участников грядущей «металлической» войны – Михо Кречет. Так что сам Илья уже занял место в первом ряду. Не хватало только попкорна.
Я не успела толком проснуться, когда за дверью раздались шаги. Распахнув глаза, дернулась и едва не упала с кровати, успев коснуться рукой пола. Дверь открылась, явив передо мной хозяина дома. Я часто заморгала, пытаясь согнать остатки сна. Представила себя со стороны и ужаснулась. Растрепанная, неумытая, наверняка с припухшими глазами. Да еще и в детской кровати...
Он стоял в дверном проеме и смотрел на меня с нечитаемым выражением на лице. Уже в костюме, но без галстука.
– Здравствуйте, – прошептала я и расправила одеяло на Ванечке. Макар спал, раскинув руки, и забавно сопел носом. Я встала, оглядела спящих мальчишек и только потом вновь посмотрела на Кречетова.
– Ты – Рита? – Спросил хозяин и потер левое запястье, выправляя дорогие часы из-под манжеты.
– Да.
– Иди за мной.
Он развернулся зашагал по коридору. Я обулась и, прикрыв дверь, понеслась за ним, ориентируясь на звук его шагов. Кречетов ходил быстро, я не сразу сообразила, в какую сторону мне идти. На ходу заплетая волосы в косу, спустилась и поняла, что хозяин на кухне. Легче от этого, конечно, не стало, но в кабинете я бы чувствовала себя в разы хуже.
Кречетов нажал на кнопку кофемашины, а я, не зная, как себя вести, осталась у двери. Глянув на часы, вздохнула. Шесть утра.
– Дмитрий сказал, ты здесь со вчерашнего дня.