— Я тебе сейчас выйду, и замуж, и бабочек твоих догадайся на что пущу, и тебя сейчас прямо здесь задушу! Ты в своем уме?! Меня с утра похитили, убить обещали, сказали, что это твой приказ, потом снова похитили, вкололи какую-то гадость, теперь ты тут со своими бабочками! Дурак! Знаешь, как я перенервничала?! Тебе не говорили, что беременным это вообще-то вредно?! — на мое удивление, в замешательстве парень был лишь первые пару секунд, дальше он начал улыбаться, а к концу моих высказываний и вовсе едва не рассмеялся, — Тебе смешно, да?! Хотел посмеяться от души?! Вот и смейся, сколько влезет, дур… — но договорить я не смогла, так как Джеджун встал с колена и без каких-либо предупреждений поцеловал меня, попросту затыкая рот. Понимая, что моя сила не идет в сравнение с его, перестала сопротивляться и смирившись, постепенно стала отвечать. Как не крути, а он же наверняка старался сделать мне приятный и романтический сюрприз, а я снова ворчу, потому что столь внимательный босс киллеров продумал все до мельчайших деталей, но я все-равно испугалась, и поняла только сейчас: тот переулок, я вспомнила его, мы там впервые встретились и я пообещала, что влюблю Хиро в себя; похищение и усыпление, только в этот раз, более мягким способом из-за моего положения — причина, по которой мы вновь встретились; комната, в которой я очнулась — там мы встретились во второй раз как в первый, и уже в тот момент, как по волшебству, зародились наши чувства; бабочка из ткани — это бабочка от моего детского платья, которую я оторвала в тот день и положила в карман куртки Джеджуна, чтобы не смел меня забывать; этот кабинет — место, где едва не произошло кое-что не приличное, и место, где я впервые сказала, что беременна, при этом просто проверяя слух парня на тот момент.
«— Вполне.
— И ты даже не переживаешь за меня?
— Нет.
— Ты точно меня слушаешь?
— Конечно.
— Я беременна, — решила проверить его внимание я, на что парень подозрительно умолк на минутку, а затем, снова пожал плечами и все тем же безразличным тоном ответил:
— Поздравляю.
— Серьезно?
— Именно.
— А как мне назвать малыша?
— Ты все еще пытаешься проверить мое внимание? — вздохнул киллер, наконец, откинувшись на спинку кресла и посмотрев на меня.
— Да! Ты только что разрешил мне помочь в опасном задании без разговоров! Это как? — с неким возмущением выдала я».
Вспомнился тот кусочек диалога, отчего стало немного смешно, ведь кто же знал, что в скором времени я озвучу эти слова уже всерьез.
— Испортила всю романтику, — оторвавшись от моих губ и соприкосаясь нашими лбами, вздохнул Джеджун, улыбаясь, — знаешь, с каким трудом я запихивал туда этих бабочек?
— Знаешь, как я испугалась, что ты действительно решил меня убить? — улыбнулась я, прикрывая глаза от осознания, что все позади, и от восторга, что сбылась моя мечта.
— Глупышка ты моя, — погладил меня по голове парень, — я же уже говорил, что не брошу тебя и никому не отдам. Поэтому у тебя нет выхода, — надевая мне кольцо на безымянный палец левой руки, сообщил Хиро.
— Я принимаю эту победу, ведь выросла большой и красивой, поэтому буду тебе лучшей женой! — счастливо улыбаясь, заявила я.
— А главное скромной, — крепко обнимая меня, подметил Джеджун, но голос его дрогнул, будто парень сейчас расплачется. Не знаю как он, но у меня слезы счастья уже вовсю атаковали кофту парня в области плеча, куда я прислонилась лбом.
— А ты знаешь, врач говорил, что наш малыш уже может слышать, — почти ровным тоном сообщила я.
— Тогда должно быть, он тоже счастлив, — присев, оказываясь на уровне моего живота, Хиро ласково погладил совсем слегка выпуклый животик через сарафан, и прошептал, — в твоем животе живет наша бабочка.
Возможно эта фраза должна была звучать романтично, растрогать и все такое… Но меня она откровенно рассмешила, отчего кабинет заполнился звонким смехом.
— Вы вообще рожать собираетесь? — спросил меня врач.
— А надо? — в ответ поинтересовалась я.
— Вам еще неделю назад рожать нужно было, — вздохнул врач, посмотрев на Джеджуна.
— Не хочу, мне и так неплохо, — соврала я, ведь откровенно говоря, ходить с огромным и тяжелым животом уже надоело, а рожать страшно. Хиро, как настоящий папочка, с пониманием относится ко всем моим прихотям… Ну, не всегда радостно их приветствует, конечно. Последнюю неделю и вовсе недосыпает, то мне скучно и хочется ночью поговорить, ведь не спится же, то каприз очередной, а не выполнишь — полночи истерить буду, мол, он меня не любит. Когда совсем замучаю, жалостливо разговаривает с малышом: «когда ты уже вылезешь? Еще немного и твоя мама замучает твоего папу». А порой, возьмет недавно приобретенную коляску, провезет по гостиной комнате кружок, потом подвозит ко мне, садится рядом на диван, и спрашивает: «Где ребенок?». Не могу умолчать об истории, произошедшей месяц назад. Дабы знать к чему готовится, спросила у врача:
— Доктор, а когда мне рожать?
— А тебе зачем? — вдруг выпалил врач.
