— Очнись, очнись, — почти беззвучно повторяла я, пытаясь потормошить Хиро, но он по-прежнему не реагировал. Вытащив из машины сначала меня, довольно малоприятным образом, а затем и Хиро, один из мужчин что-то ехидно кинул в мою сторону, только я не разобрала сказанного из-за гула в ушах. Самостоятельно стоять не могла, тело по прежнему не поддавалось моему контролю, поэтому в руках незнакомца я играла роль куклы. С меня спало пальто, но не было ни холодно, ни больно. Знаете, это очень странное состояние было — ты все видишь, почти слышишь, но будто уже мертв — не ощущаешь не то что свое тело, а и вообще ничего не чувствуешь! Разве что страх, и то, моментами. Мужчины о чем-то говорят, вижу как Хиро кинули рядом с ЕнГуком, последний похоже начал приходить в себя, но ему тут же наносят удар с ноги в живот, так же, один из мужчин направил пистолет на Хиро с победной ухмылкой на лице. Что было дальше — не увидела, меня понесли в стоявшую на обочине машину. Только оказавшись небрежно закинутой на заднее сидение, услышала два выстрела, после, машина вдруг сорвалась с места. Но через несколько секунд, я услышала еще один выстрел где-то позади, и почувствовала как машину вдруг повело, закрутило, но к счастью, хотя бы не перекинуло. Однако это еще вопрос, к счастью ли… последнее что я видела — как меня выкинуло из машины и все в глазах закружилось, затем последовал звук взрыва. Но вот что еще странно — я снова видела бабочку, прежде чем провалится в темноту.
Открыв глаза, нахожу себя на больничной койке, возле меня сидит Химчан. Хочу спросить что случилось, но какая-то трубка в горле мне препятствует вызывая кашель. Все как в моем сне. Заметив что я очнулась, парень быстро среагировал — аккуратно вытащил трубку, и я рефлекторно вздохнула, отчего легкие пронзила боль. Химчан обнимает меня, что-то говорит, но я его не слышу, в ушах гул, и в глазах немного мутно. Вот прибежали две медсестры, быстро то отключая что-то от меня, то подключая, спрашивают о самочувствии, но говорить не могу, по-прежнему ощущение что в горле что-то мешает. Когда они уходят, смотрю на Химчана. Все точь в точь как во сне, и даже тот же вопрос крутиться на языке — «где Хиро?». Сжимая мою руку, парень заботливо поправляет одеяло, говоря, что все обошлось и все позади. Но на душе тревога. Все тело жутко ноет, чувствую какую-то тупую боль в щиколотке, жутко болит голова. В палату заходит Сиэль, ободряюще улыбнувшись, вручает стаканчик с кофе Химчану и спрашивает про самочувствие. Но что-то мне подсказывает, что улыбка ее натянута, в глазах ведь тревога вовсю бьет, и вряд ли это из-за моего состояния. Пытаюсь что-то сказать, выходит не очень, но я старательно пытаюсь совладать со своим ртом, которым мне почему-то тяжело управлять, будто онемевший.
- Что произошло? Где… — язык заплетается, но прогресс на лицо.
— Ты не помнишь? Вы попали в аварию, но… — начала было Сиэль, но Химчан почему-то слегка пнул ее локтем, наивно полагая, что я не замечу, и девушка замялась немного, — и в связи с аварией, ты здесь, вот, — какой душевный и красочный рассказ, прям за душу! Но действительно, я плохо помню что произошло. Авария, даже, по-моему, я пережила ее дважды, почему-то… Хиро без сознания, ЕнГук, пистолет… выстрел?!
В палату зашел Джун, на нем лица не было, даже не обратив на меня внимания и стараясь прятать глаза под челкой, парень что-то шепнул Химчану, отчего тот прикрыл глаза и одной рукой взялся за голову. Каштанка поспешил выйти, предварительно посмотрев на Сиэль и отчего-то отрицательно покачав головой. Блондинка бы рухнула на пол, но руками удержалась за кушетку. Лицо у девушки было шокированым, а с глаз покатились слезы. Во сне, когда я спросила «что случилось, она просила меня не нервничать. Поэтому, не теряя времени, срываю с себя все капельницы и провода какие-то, я не задумывалась об этом сейчас, просто сорвала, хотела уже было встать и побежать как во сне, но тут не состыковка с сюжетом вышла, я попросту едва не упала на пол, не сумев сделать и шагу. Химчан сразу же подхватил меня и стал усаживать обратно на кровать.
— Совсем с ума сошла, ты что творишь?! — с заметным волнением в голосе прикрикнул на меня Химчан.
— Пусти, — пыталась отмахнуться от него я, снова намереваясь встать на ноги. Тело ныло, но боль была тупая и в принципе терпимая, хотя, разве что нога болела жутко. Случайно задев горячий кофе, я пролила его на руку киллера, отчего он отпустил меня и схватился за обожженное место. В любой другой ситуации, я бы заволновалась за него, извинялась бы постоянно, но не сейчас, сейчас я была одержима мыслю о том, что могу потерять очень дорогого для моего сердца человека. На ватных и плохо поддающихся контролю ногах, я таки выбежала, или даже скорее почти выпала в коридор, и сразу направилась туда же, куда побежала во сне — реанимация в конце коридора. Странно, но коридор был почти пустым, отчего мне никто не препятствовал.
