Арсений с улыбкой подал мне кожаную папку:
– Выбирай, дорогая.
Я кинула взор на лист шикарной бумаги с водяными знаками. Цены не указаны, значит, они беспредельные. Ну, посмотрим, чем тут угощают. «Биф бер бэкон». Это, похоже, свинина. «Муль каск фран», «Бутер кот». Масло из Барсика? Ни за какие деньги на это даже не посмотрю. «Лош фром гуль из рамкотана с енотом». Час от часу не легче! Енот тоже, на мой взгляд, не годится в пищу. Хотя я непоследовательна: если ем курицу, то отчего отвергаю енота? Небось наседке тоже не нравится плавать в супе.
– Люблю «Лакре из физиле», – потер руки Сеня, – а ты?
Я скорчила гримасу гурмана, которому в ресторане высокой кухни предложили селедку с картошкой.
– Мне это приелось. Лучше… э… «Винт с минтом».
– А на второе? – еще шире заулыбался Арсений.
Ага, значит, «Винт» – это суп.
– Не уверена, что в мой желудок войдут два блюда, предпочту легкий десерт. Какой вы посоветуете? – обратилась я к официанту.
– Для дамы вашего деликатного сложения идеален «Бам тараньон», – склонился он в поклоне. – Вот папироли не берите.
– Отлично, тогда хочу папироли, – заявила я, – еще, пожалуйста, минеральной негазированной воды.
Халдей испарился, мы с Сеней вели ничего не значащий разговор, в конце концов беседа коснулась работы.
– Тяжело служить у идиота, – откровенно признался Арсений, – а уж если он богат, то совсем кранты.
– Лев Георгиевич – миллионер? – усмехнулась я.
Сеня щелкнул языком:
– В смутные девяностые годы мой начальничек занимался стремным бизнесом. По документам он профессор, ректор вуза, а его учебное заведение неведомыми путями получило налоговые льготы на торговлю.
– Такое возможно? – удивилась я.
Арсений засмеялся:
– Ты проспала перестройку-перестрелку? В те времена творились дивные дела. Состояния люди сколачивали за месяц, правда, так же быстро их и теряли, но Левчик был осторожным и хитрым. Чем он коробейничал, одному дьяволу ведомо, но капиталец накопил.
– Ваш заказ, – вкрадчиво произнес тихий голос. – Желаете уже папироли?
Я посмотрела на миску: всего-то прозрачная, желтоватая жидкость с небольшими кружочками жира на поверхности, на дне лежат два белых кругляшка. Похоже, «Винт» – простой бульон с яйцом.
– Папироли подавать позднее? – повторил официант. – Рекомендую умеренной остроты.
– Давайте, – согласилась я, зачерпнула «Винт» ложкой, поднесла ко рту и поняла: он рыбный, и плещутся в нем не яйца, а небольшие кусочки филе кальмаров, которые в процессе готовки приняли сферическую форму.
Арсений получил странного вида кашу, отдаленно напоминающую гречку, зачерпнул ее ложкой и мирно продолжил беседу:
– Лев Георгиевич человек не только с бабками, но и со связями. Каким образом он пробил организацию нашего управления? Все в непонятках. Конечно, женитьба, как я тебе говорил. Но по коридорам разные слухи ходят. Одни уверяют, что Левушка состоит в доле с такими людьми, о которых даже шепотом не говорят. Другие полагают, что его специально поставили во главе новой структуры, чтобы он своих прикрывал. Третьи убеждены: босс заскучал по адреналину и завел себе новую игрушку. Думаю, все версии имеют право на жизнь. И связей не пересчитать, и денег горы, и драйв.
– Наверное, идея образования новой структуры пришлась не по вкусу руководству МВД, – предположила я.
Сеня хмыкнул:
– Наше управление само по себе.
Я удивилась:
– То есть?
– Оно существует как альтернативное, – продолжал Сеня, – это эксперимент. В плане борьбы с коррупцией в органах и оборотнями в погонах. Левушка всем начальник, над собой никого не имеет, отвечает лишь перед законом. Берет некоторые дела и их расследует[9].
– Бред, – пожала я плечами.
Арсений фыркнул:
– После развала СССР и падения коммунистического режима как только не выворачивали систему. Главное управление исполнения наказаний вывели из МВД и отдали Министерству юстиции. Та еще катавасия затеялась. Отделы по борьбе с организованной преступностью то создавали, то распускали. Без поллитры во всех пертурбациях не разобраться. Профессиональных ребят убрали, взяли на службу недоучек, расплодили взяточников. Лучше в этом не копаться. Постоянно хотят «улучшить и углýбить», а получается каждый блин комом. Наша управление – очередная блажь, думаю, оно долго не просуществует. Знаешь, откуда ноги у него растут?
Я попыталась отломить ложкой кусочек от «яйца». Люблю кальмаров, но, на мой взгляд, их лучше резать перед подачей на стол. В пафосном ресторане в первую очередь думают о красоте блюда, а уж потом об удобстве для посетителя. Мне не подали ни ножа, ни вилки, неужели предполагают, что я запихну морепродукт в рот целиком? И как поступить? Находись сейчас напротив меня не малознакомый Сеня, а Макс, я бы преспокойно подцепила морского гада ложкой и попыталась откусить от него, но действовать подобным образом в присутствии мужчины, которого я вижу второй раз в жизни, значит проявить невоспитанность.
