Лисицына ослушалась Орлова и подала запрос в аэропорт: в двухнедельный срок руководство аэропорта обязалось предоставить информацию по лицам на фотороботе.
Игнат предложил обратиться к компьютерщикам для улучшения качества изображения татуировки. Она была довольно крупной и, предположительно, включала в себя орнамент с написанным словом.
Определённо, Лисицыной оставалось ждать возвращения Бориса и Берты из Германии. У неё ещё теплилась надежда на то, что кто-нибудь из них узнает эту женщину.
Утренний зимний туман ещё не рассеялся, но день обещал быть морозным и снежным. Анна распахнула шторы, вставила капсулу в кофемашину и быстрым шагом прошла в ванную, где её ждал бодрящий душ. Второпях собралась, схватила ключи от автомобиля, захлопнула дверь. Лифт ехал, как назло, медленно, но, возможно, это было навеянным ощущением.
Анна села в автомобиль и запустила двигатель. Пока машина прогревалась, настроила любимую волну.
Скоро Новый год и день её рождения... Проспекты, улицы, старинные здания украшены разноцветными огнями, деревья опутаны блестящими гирляндами. Снег красиво и неспешно падает, образуя мягкие, пышные сугробы под ногами, одевая тротуары, деревья, дома в живое, рассыпчатое серебро. Зима... Время тёплых объятий и согревающих напитков, время новогодних фильмов и шерстяных уютных пледов. Сладостные минуты мимолетных улыбок, домашних пирогов и таких незначительных мелочей, из которых складывается счастье.
Скорее бы этот ужасный год подошёл к концу! Вспоминая, какие уроки он преподнёс ей, Анна подумала, что научилась ценить жизнь, доверие, дружбу, беречь своё здоровье и своих близких, покой в семье и простое человеческое счастье. Она научилась уважать себя. А ещё любить! Неужели, чтобы усвоить такие простые жизненные уроки, ей потребовалось столько страдать? Анна молила Бога о передышке...
Пролетел последний светофор. На повороте к университету, оживленно разговаривая, переходят дорогу молодые люди, спеша на лекции, обгоняя друг друга, терпеливо ждут водители троллейбусов, автобусов, машин. Зимняя праздничная суета... Простая человеческая радость...
Анна припарковалась и, обдуваемая морозным воздухом и срывающимися снежинками, побежала к главному входу.
После лекции у неё был час свободного времени. Когда студенты скрылись в аудиториях, и, наконец, наступила тишина, она направилась в студенческий буфет, чтобы перекусить и проверить почту.
Совершенно неожиданно пришло сообщение на WhatsApp от Бориса:
«Анечка, вылетаю в Красноярск. Нам нужно встретиться…» ‒ он написал время и название гостиницы.
Они не переписывались, не звонили друг другу... Аня могла, конечно, позвонить или написать ему, только решила не напоминать о себе, не беспокоить его, не предпринимать больше попыток вмешиваться в его жизнь, не делать первого шага, не помогать ему принимать решения. После покушения на Бориса прошло чуть меньше четырёх месяцев. Образ его спрятался в глубокий комок боли, печали и сострадания. Конечно, Михаил не винил её в причастности к взрыву, в отличие от Берты, которой не нужны были никакие доказательства невиновности Анны.
Сердце её забилось так сильно, что, казалось, где-то внутри, в голове, она слышала, как струится кровь по венам, как она бежит с бешеным ритмом. Как будто поднялось давление: она вмиг стала пунцовой.
Свидание в гостинице? Она зависла ненадолго над его сообщением, оставив без ответа.
«Анечка, я не обижу тебя и никому не позволю этого сделать. Не бойся. Жду тебя вечером», ‒ вновь написал Борис.
«Добрый день, Борис Михайлович. Если необходимо, конечно, я приеду», ‒ Анна решила вести себя так, словно ничего не было между ними. Если Борис посчитал правильным не поддерживать с ней связь в течение этих месяцев, значит, его признания и чувства ‒ наваждение и обман.
Аня пригласила Кристину на чай в буфете.
‒ Нюся, ты чего такая возбуждённая? Я чуть с лестницы не упала ‒ бежала к тебе! ‒ она села напротив Анны, сверля её взглядом.
‒ Боря написал... ‒ не своим голосом пробормотала она.
‒ Что случилось? Он здоров? Может, осложнения?
‒ Крис, я не знаю. Предложил встретиться в гостинице. Почти четыре месяца ни одного слова. Может, он пригласил меня, чтобы самому расспросить о взрыве и о том, что известно? Например, поговорить о моей версии убийства Ирины...
‒ Ага, ночью, в шикарном отеле! Аня, он пригласил тебя не для этого, поверь. ‒ Кристина с сомнением смотрела на растерянную Анечку.
‒ Господи, опять мне приходится всё брать в свои руки! ‒ Кристина набрала телефонный номер.
Как поняла Анна, после долгих уговоров Крис записала её в один из самых модных салонов красоты.
‒ Спасибо, Крис. Правда... ‒ Анна вздохнула с облегчением.
‒ Не благодари. Чего бы он ни хотел, ты сегодня должна явиться на встречу королевой!
Больше Борис ничего в течение дня не писал. На этот раз телефон Анна не выпускала из рук... Звонила мама, звонила из Лондона Маринка, но её мысли были только рядом с ним... Любимый... Она снова окунулась с головой в это глубокое волнующее чувство, которое заглушала усилием разума.
