Первой гнетущую тишину нарушила Мария Федоровна.
– Ох, Рита, у меня такие проблемы с Сергеем Вениаминовичем! Как раз собиралась с тобой посоветоваться.
– Что случилось? – спросила Марго.
– Мы же с ним делаем совместный проект. Я соисполнитель, в смысле, моя группа. Смоделировали ему процесс, все посчитали и сдали. А недавно звонит эксперт[18], и спрашивает, как получились такие результаты. И знаешь, Рита, это не наши результаты…
– Он их подделал?
– Похоже на то. Как ты догадалась?
– Яблочко от яблоньки, – вздохнула Марго. – В общем, мы с Игорем расстались. Делай с Сергеем Вениаминовичем, что считаешь нужным. Да ты бы в любом случае поступила, как надо, невзирая на лица. Ты – молодец.
Татьяна глубоко вздохнула, Мария Федоровна поставила перед Марго чашку чая с репешком.
– Рита, ты все делаешь правильно, – сказала Мария Федоровна. – Если Игорь поступает также, как его отец – ни к чему нам такой зять.
– Просто у нас разная система ценностей, – пробормотала Марго.
– Какой должна быть система ценностей, чтобы уволить девушку из-за того, что расстался с ней? – презрительно скривив губы, сказала Татьяна.
– Не из-за этого, – возразила Марго. – Я нарушила правила и поставила его карьеру под удар.
– Зачем же ты так сделала? – удивленно спросила Татьяна.
Мария Федоровна цыкнула на нее.
– Значит, так было нужно. Рита просто так ничего не нарушает. Игорь не будет теперь тебе мстить? – спросила она у Марго.
– Посмотрим, – ответила та.
Костомаров не мстил, не звонил и не объявлялся. Он полностью исчез из жизни Марго. Она успешно нашла работу и уже год трудилась в департаменте форензик[19] одной из крупнейших аудиторских компаний. Офис ее был очень похож на офис «ABC-Аудит»: тоже open-space, такие же столы и стулья, тот же серый фон везде и всюду. Правда, работа немного другая. Тщательно все взвесив, Марго решила больше не заниматься аудитом.
Она как раз писала отчет по проекту, когда зазвонил телефон. Высветилась аватарка Нахова, и Марго взяла трубку.
– Детка, привет! Можешь говорить? – послышался немного хриплый и слегка нахальный голос Эдика.
С момента ухода из «ABC-Аудит» она слышала его впервые. Он звонил после ее спешного увольнения, но ей тогда не хотелось ничего обсуждать, и она просто сбросила звонок. Эдик понял, и не навязывался.
– Кажется, ты забыла поздравить лучшего друга? – спросил Нахов.
Марго напрягла память. Ну конечно, сегодня у Эдика день рождения.
– Поздравляю! – ответила она. – Рада слышать! Как дела? Хорошо, что позвонил.
– Да уж, неплохо. В смысле, что позвонил. А дела так себе. Но услышал тебя, как теперь дела могут быть плохи? Лучше всех.
– Расскажи, что нового. Ты все еще в «ABC-Аудит»?
– Да, – протянул Нахов. – Все еще тут кисну. Теперь под Багровым, как бы двусмысленно это ни звучало.
Марго усмехнулась.
– Вас что, объединили?
– Типа того. После той истории по результатам холодного контроля Костомарова уволили, его клиентов и аудиторов забрал Сергей Петрович.
– Уволили? – ахнула Марго. – А разве он не свалил все на меня?
– Пытался, детка, пытался. Но! Тебя посмертно оправдали. Я хотел тебя с этим поздравить, но ты не желала вспоминать былое.
– Меня оправдали? Что ты несешь?
– Сначала Ленка из контроля качества заметила, что все «кривые» рабдоки ты подписала одной и той же датой – датой увольнения, причем по всем проектам. А потом Галушкина, рыба склизкая, оказалась полезна – сказала, что Костомаров делал тебе предложение, значит, ты могла подписать «во его спасение». Ну а поскольку за все отвечает партнер, то его и поперли. Он сейчас вроде финансовый директор в какой-то не последней нефтяной компании. Его в дверь, а он в окно.
Марго начала было рассказывать, где она теперь работает, но Нахов перебил.
– Слушай, давай не по телефону. Приглашаю тебя культурно провести время и пожрать в ресторане, в честь моего появления на этот, не очень белый свет. Предлагаю встретиться на «Площади революции», в семь. Каков будет твой положительный ответ?
Марго засмеялась.
– Хорошо, договорились!
Улыбаясь, она завершила звонок. Сама не ожидала, что будет так рада услышать Нахова. Значит, уже зажило и забылось все, связанное со старой работой. Ну, или почти все.
Марго так и не смогла выбросить из головы Петра, с его пристальным взглядом, тонкими пальцами, манерой говорить и что-то рисовать в своем альбоме. В душе поселилась тихая тоска, которая никак не отпускала, заставляя сердце сжиматься от воспоминаний. Несколько раз она хотела узнать его номер, позвонить, но всякий раз не решалась. Не решившись, мысленно обращалась к нему с каким-нибудь вопросом, а потом представляла, будто они сидят вечером возле костра, и болтают. Уютно потрескивают поленья, взлетает вверх рой ярких искр, приятно пахнет жареной картошкой. Вокруг темные деревья, ухают совы, вдали шумит прибой, а они ведут неспешный, тихий разговор.
