В те дни некоторые именитые язычники, из коих ни один раньше не оказывал Рана Санка помощи в каком-либо походе, из вражды к воинствам ислама умножили его злополучные рати. Таким образом, десять независимых правителей, каждый из коих вознес, как дым, притязание на непокорность и был предводителем толпы нечестивых в какой-либо стране, соединились с этим развратным безбожником, словно ошейник или цепь. /318а/ Эти десять безбожников, в противность десяти, получившим благую весть, подняли знамя несчастия, [напоминающее о словах]: «Возвестим им о пытке болезненной[704]». У них было много приспешников и воинов, и они обладали обширными владениями. Так, Салах ад-дин правил областью, выставлявшей тридцать тысяч всадников, Равал Удай Синг Багари — областью на двенадцать тысяч всадников, Хасан хан Мевати — на двенадцать тысяч всадников, Бармал Идри — на четыре тысячи всадников, Нарпат Хара — на семь тысяч, Сатрви Качи — на шесть тысяч, Дхарм Део — на четыре тысячи, Бир Синг Део — на четыре тысячи, Махмуд хан, сын Султана Сикандара, хотя он и не имел земли и удела, собрал десять тысяч всадников, питая надежду стать начальником войска. Общее количество этих людей, удаленных из долины благополучия и безопасности, считая по обычаю, принятому для областей и уделов Индии, составляет два лака и одну тысячу.
Одним словом, этот нечестивец, внутренне обольщенный и внешне ослепленный, соединил жестокие сердца безбожников, чья жизнь черна, словно мрак, ложащийся на мрак, и встал на путь непокорности и войны с людьми ислама, чтобы ниспровергнуть основы закона господина людей — да почитает над ним молитва и привет! Бойцы за веру в государевых войсках обрушились, словно божий приговор, на голову этого одноглазого Даджжала и показали прозорливым очам добронравных истинность слов: «Когда приходит судьба, то меркнет око[705]». Представив их взорам благородные слова Корана «Кто сражается за веру, /318б/ тот сражается за самого себя[706]», они выполнили повеление, которому необходимо повиноваться: «Сражайтесь против нечестивых, против лицемеров».
В субботу, тринадцатого числа месяца второй джумады года девятьсот тридцать третьего[707], — на благость этого дня указывают слова: «Благословил Аллах субботу вашу» — местонахождением шатров победоносного войска ислама стали окрестности селения Канва, принадлежащего к области Биана; они были поставлены вокруг горы, находившейся в двух курухах от врагов веры.
Когда шум и гром войска ислама дошел до ушей врагов веры и проклятых нечестивцев, противники исповедания Мухаммедова, которые, подобно «людям со слоном[708]», стремились разрушить ка'бу людей ислама, возложили свое упование на горноподобных слонов, похожих видом на ифритов[709], и все в полном согласии и единодушии построили свои несчастные войска в отряды.
Этими слонами низкие индусыОбольщены были, как «люди со слоном».Словно вечер смерти, они зловещи и отвратительны.Чернее ночи, многочисленней звезд,Все они, как огонь, нет — как дым, поднимают головыСо зла к синему небу;Словно муравьи, пришли они справа и слева;Конных и пеших их тысячи тысяч.И направились [они] к победоносному войскус намерением биться и сражаться.... Бойцы войск ислама — эти деревья из рощи доблести — построились в ряды, словно кедры; /319а/ острия их кедроподобных шлемов, блистающие, как лучи солнца, вознеслись к апогею высоты, подобно сердцам бойцов за дело Аллаха. Ряды воинов — это как бы вал Искандеров; имеющий цвет железа; строй их прям и незыблем, как закон пророка; по твердости и крепости «подобны они строению, плотно скрепленному[710]»; спасение и успех сопутствуют таким людям по слову Аллаха: «Они — на правом пути, ведомые господом, и они суть те, кто спасается[711]».
В рядах их нет брешей из-за людей трусливых,Как мнение государя и вера, они тверды.Все их знамена касаются неба,Это алифы в словах[712]: «Мы дали победу[713]».
