В среду, девятнадцатого числа[807], я созвал мирз, султанов и тюркских и хиндустанских беков и устроил совет. Мы решили, что в этом году непременно следует повести куда-нибудь войско. Прежде чем я сам выступлю, Аскари отправится на восток; султаны и эмиры, находящиеся по ту сторону реки Ганга, явятся к Аскари со своими войсками и, примкнув к нему, двинутся туда, куда потребует польза государства. Я велел записать эти обстоятельства и в субботу, /350б/ двадцать второго числа[808], послал Гияс ад-дина Курчи к Султан Джунаид Барласу, начальнику эмиров Востока, назначив срок встречи через шестнадцать дней. Устно я велел передать, что аскари послан вперед, а мы ждем, пока будут готовы пушки, повозки, ружья и другие боевые припасы и снаряжение. Всем султанам и эмирам, находящимся по ту сторону реки Ганга, было приказано примкнуть с их войсками к Аскари и, с помощью божьей, направиться туда, куда будет нужно для блага государства. Пусть посовещаются с моими тамошними доброжелателями: буде окажутся какие-нибудь дела, требующие моего присутствия, то, как только вернется мой посланный, я сейчас же без промедления выеду, если пожелает того Аллах великий. Если же Бенгалец сохраняет преданность и послушание, и там нет таких дел, которые бы требовали моего присутствия, донесите мне об этом подробно; чтобы не сидеть и не смотреть на других, я направляюсь в иную сторону. Посоветовавшись с нашими доброжелателями, вы должны хорошо принять Аскари; с помощью великого Аллаха, вы пойдете и окончательно разрешите все дела в вашей стороне. В субботу, двадцать девятого числа первого раби[809], Аскари были пожалованы украшенный драгоценными камнями кинжал и пояс, царственная одежда, стяг, знамя, барабан, конюшня породистых лошадей, десять слонов, цепь верблюдов /351а/ и цепь мулов, а также подобающие царю припасы и снаряжение. Аскари получил приказ сидеть на высшем месте в диване. Его мулле и двум дядькам были пожалованы чекмени с драгоценными пуговицами, а другим нукерам — трижды по девять халатов.
В воскресенье, в последний день месяца[810], я отправился в дом Султан Мухаммеда Бахши; он бросил мне под ноги ковер и разложил на нем подарки; деньгами и вещами он сделал мне подарков больше чем на два лака. После поднесения даров мы перешли в другую комнату, где сели и поели ма'джуна. К третьему пахру я вышел оттуда и, переплыв реку, направился в свои личные покои.
В четверг, четвертого числа месяца раби' второго[811], было приказано Чикмак беку с писцами Шахи Тамгачи[812] измерить расстояние от Агры до Кабула. Через каждые девять курухов им надлежало поставить башенку высотой в двенадцать кари, а на башенке установить караульную будку. Через каждые восемнадцать курухов предписывалось устроить ям на шесть лошадей. Ямщику и конюху полагалось жалованье, а коням — корм. Если место, где устроен ям, окажется близко от государственных владений, то упомянутые выдачи было приказано производить оттуда, а если нет, то эту обязанность следует возложить на бека, во владении которого окажется ям.
В тот же день Чикмак и Шахи, вышли из Агры. Курухи были определены длиной в один миль, как сказано в «Мубайине». /351б/
Четыре тысячи шагов — один миль;Знай, что жители Хинда называют его курух.Говорят, что один такой шаг — это полтора кари,А каждый кари, знай, — это шесть пядей.Каждая пядь — это четыре пальца,А ширина каждого пальца — шесть ячменных зерен; знай эти сведения.Измерительный танап был определен в сорок кари, считая каждый кари в полтора упомянутых кари, то есть в девять пядей; сто таких танапов составляют один курух.
