После интерната для одарённых детей, а именно таким ребёнком я оказалась, мой путь лежал прямиком в разведшколу. Благо, связи наверху, в лице полковника Дегтярёва, никуда не делись. Мало того, они окрепли, ведь Игорь Львович стал настоящим боевым генералом.
Мне исполнилось восемнадцать, когда я сидела в кабинете Дегтярёва, тупо уставясь в пол.
─ Вот и умница. Завтра отпущу тебя на день. Станешь на учёт в женской консультации и будешь строго выполнять все предписания врача.
─ Но как же занятия? ─ Моё сердце останавливалось при мысли, что из-за ребёнка, которого я ещё не знала и не испытывала к нему никаких чувств, мне придётся потерять несколько лет, вычеркнуть их из жизни. И ещё не известно, примут ли меня назад.
─ Занятий никто не отменял. Послезавтра ─ как штык!
Я несказанно обрадовалась, что остаюсь в группе студентов, хотя и не понимала, как с животом можно заниматься строевой или физподготовкой. Но это теперь не моя головная боль. Генерал всё разрулит. Так и случилось.
─ Вот, милая! Это теперь твой новый дом. ─ Надежда Олеговна втянула меня в небольшую светлую квартирку, в ту самую, на которую, подняв связи, генерал умудрился обменять мою, на окраине, а я открыла рот.
Да, возвращаться в общежитии разведшколы с ребёнком казалось абсурдом, а тратить четыре часа на дорогу, туда и обратно, я не могла.
─ Мы с мамой всё предусмотрели. ─ Лена широко улыбалась. ─ Кроватка, ходунки, коляска и куча детских вещей. Это ещё от Пашки моего наследство. Всё почти новое.
─ И игрушек сундук. ─ Усмехнулся генерал, укладывая на диван конверт с новорожденной, к которой я боялась прикоснуться. ─ Холодильник полный. Завтра на занятия.
─ Но… ─ Я покосилась на младенца. ─ Как я ЭТО оставлю?
Игорь Львович заморгал ресницами.
─ А я не сказал главного? Вот же дурья башка! Мы тебе няню нашли. Опытную. Проверенную.
─ Твоё дело накормить малышку. Квартира рядом со школой. Пять минут, и ты дома. Покормила, сцедилась, и на уроки. Лена так и делала, когда Пашенька родился. Со своих занятий отпущу, и с другими преподавателями договорюсь. А коль будут артачиться, Игорёк надавит своим авторитетом. Правда, Игорёк?
Генерал кивнул.
Надежда Олеговна преподавала в разведшколе иностранные языки. И я была её лучшей студенткой.
─ Няня? ─ Я вздохнула. ─ Это классно.
Когда шумное семейство покинуло мой новый дом, раздался звонок. Кого принесла нелёгкая? Я прилипла к глазку. Невысокий офицер с удивительным восточным разрезом глаз мялся снаружи. Щёлкнув замком, я широко распахнула дверь.
─ Лейтенант Нургалиев.
─ Курсант Шелест.
Мы представились друг другу и замолчали. Лейтенант кашлянул.
─ Ну, так я войду?
─ Входите. ─ Я отступила на шаг, недоумевая, что понадобилось у меня офицеру.
Тот снял обувь и вновь широко улыбнулся.
─ Где у Вас руки помыть можно?
Во, дела! Он что, пришёл сюда руки помыть? Кивнула в сторону ванной комнаты. Через пару минут шум воды смолк. Парень покинул царство МойДоДыра, мурлыча под нос витиеватый мотив.
─ Всё. Я готов. Где младенец?
─ А Вы, собственно, кто?
Лейтенант вошёл в комнату и взял на руки спящую малышку.
─ Крупненькая. Килограмма три?
─ Три пятьсот. ─ Поправила я. ─ Так что Вы тут делаете, товарищ лейтенант?
Гость улыбнулся своей фирменной улыбкой.
─ Давай, сразу на «ты». Так проще. Можешь звать меня Радиком. И я твоя персональная Мэри Поппинс.
Кажется, я зависла, как мой старенький компьютер. Мэри Поппинс? Няня? Я могла представить на этом месте, кого угодно, от молодой девушки до умудрённой сединами дамы.
─ Как-то неожиданно. И что Вы знаете о младенцах?
Радик рассмеялся.
─ Моя мать произвела на свет пятнадцать детей. Я старший. Так что о младенцах я знаю всё. Кстати, где у тебя памперсы? Малышку надо бы помыть.
Целый день я наблюдала за тем, как Радик ловко справлялся с новой должностью. А вечером мы сидели на кухне и пили чай с потрясающими узбекскими лепёшками.
─ Оно тебе надо?
Нянь рассмеялся.
─ Да нормально всё. Понимаешь, как иностранец, я должен русский изучить. Чтоб, как родной, знать. Нам на это год выделен. Великим и могучим я владею неплохо, как видишь, а сидеть двенадцать месяцев в казарме ─ скукота.
─ Так ты…─ Я зажала рот ладошкой.
─ Верно мыслишь, курсант. Группа «Мистиков». Азиатский состав.
Я слышала краем уха, что в нашу разведшколу набирают офицеров, гм… разной национальности, чтобы те легче ассимилировали в нужной стране, не привлекая лишнего внимания. Значит, Нургалиев представитель Азиатской группы.
Я вздохнула. Везёт же некоторым. Уже в команде. А мне ещё предстоит доказать, что я достойна стать Мистиком. Вот только как это сделать, имея на руках три килограмма пятьсот грамм орущих проблем?
─ Шелест! Ты меня слышишь? Когда в Москву вернёшься? Я приказал быть ещё вчера.
─ Скоро, Игорь Львович. Ой, простите, мне пора на процедуры.
─ Какие нахрен процедуры, Шелест? ─ Трубка просто взорвалась, и я поспешила нажать «отбой».