–Доброе… – начала Аня, но чародей сердито тряхнул лохматой головой.
– Потом любезностями обменяетесь! Эй, корзинку сюда!
Бряцая костями, из тёмного проёма лестницы показался скелет. Он поставил перед Гальваниусом корзину, в которой что-то булькнуло. Аня вспомнила, что со вчерашнего завтрака ничего не ела, и в животе у неё забурчало.
– Проголодались небось? – противно засмеялся волшебник. – А знаете что? Вот пускай она, – его палец с длинным кривым ногтем описал дугу и указал на Зинаиду Петровну, – пускай она и накормит вас своими шуточками! А чтобы аппетит получше был, оставлю еду прямо здесь.
Хохоча, чародей направился к лестнице. Скелет затопал следом.
– Приятного аппетита! – донеслось из темноты.
Корзинка с едой стояла посередине коридора. Ни Аня, ни Зинаида Петровна не могли до неё дотянуться.
– Вот садист! – выругалась девочка. Есть хотелось ужасно.
– Как это мило с его стороны, – отозвалась бабушка. – Не расстраивайся. Смотри, что у меня есть.
Она сняла ремень, что-то отсоединила – и оказалось, что в специальном отделении спрятан длинный шнур.
– Удобнейшая штука, никогда не знаешь, где пригодится! – похвасталась Зинаида Петровна, чем-то щёлкнула, и пряжка превратилась в крюк. Уверенный бросок – и бабушка ловко подцепила корзину.
– Та-ак, что у нас тут… М-да, небогато кормят в подземном царстве.
– Готова поспорить, там у них мерзопакостная гадость в дрянном соусе, – угрюмо проговорила Аня.
– Лови! – Зинаида Петровна перебросила ей несколько не то фруктов, не то овощей. Аня опасливо откусила кусочек. Похожий на жёлтый баклажан с пупырышками и почти безвкусный, овощефрукт явно был не первой свежести. Впрочем, от зловредного чародея никто и не ожидал деликатесов. Аня кое-как догрызла непонятный фруктоовощ до скрученного хвостика. Поймав брошенный Зинаидой Петровной ремень, она подтянула корзину и напилась свежей холодной воды из бутылки, заткнутой всё тем же мхом. «Похоже, этот мох у них для всего на свете», – решила Аня.
Чтобы позлить волшебника, они с помощью шнура вернули корзину на прежнее место. Гальваниус не заставил себя долго ждать: видимо, ему не терпелось понаблюдать, как пленницы страдают от голода в двух шагах от заветной еды.
– Ну как? Близок локоть, да не уку… – начал чародей ещё издалека, но озадаченно застыл, уставясь на пустую корзину: …сишь, – закончил он едва слышно и тут же завопил:
– Как? Как вы это… провернули?!
– Мы немного поколдовали, – заявила Зинаида Петровна, «волшебный» пояс которой уже занял своё законное место на талии путешественницы. – А что, вам можно, а нам нельзя?
Гальваниус не ответил, лишь смерил бабушку настороженным взглядом.
– Потом с вами разберусь, – прошипел он. – Встать! Руки за спину! И имейте в виду – в этот раз вас будут охранять как следует!
Сопровождаемые скелетами, Зинаида Петровна и Аня поднялись по лестнице в тронный зал. Герцог фон Копфштейн нетерпеливо барабанил пальцами по резному подлокотнику трона, а возле него стоял, потирая покрасневшие от верёвок запястья…
– Димка! – выкрикнула Аня, кинувшись к брату.
– Тише ты, задушишь… – просипел Димка из Аниных объятий. – Нашла меня всё-таки…
– Там в лагере все заколдованные! – выпалила Аня. – Тебя никто не помнил, представляешь? Если бы не Зинаида Петро…
– Тихо, мелюзга! – перебил её Гальваниус. – Потом будете розовые сопли разводить!
– А нам нравится розовое, – парировала Зинаида Петровна, – не всем же к лицу болотный в крапинку, как вам. Здравствуй, Дима. Аня про тебя много рассказывала. Рада, что ты цел и невредим! – улыбнулась она.
– Очень приятно, – устало кивнул Димка.
Фон Копфштейн негромко кашлянул. Все повернулись к нему.
– Очень жаль прерывать вашу милую беседу, – произнес герцог ледяным тоном, – но у меня, знаете ли, дела. И у вас, – он показал пальцем сначала на Аню, потом на Димку, – тоже, кстати.
Аня нахмурилась и сжала кулаки.
– Никаких дел у нас не будет, – решительно заявила она, – пока вы не расскажете, откуда у вас мамин медальон!
Герцог усмехнулся.
– Вопросы, вопросы… У всех вопросы, и у меня – поверь, милая девочка! – этих вопросов ещё больше! – он помрачнел. – Но на все вопросы найдутся ответы! – и фон Копфштейн яростно впечатал кулак в подлокотник малахитового трона. Посыпалась каменная крошка. Герцог брезгливо отряхнул пальцы.
– Так вот, – произнес он как ни в чем не бывало. – У меня для вас две новости, одна хорошая – ваши родители живы и здоровы.
У Ани из глаз брызнули слёзы. Димка застыл, жадно вслушиваясь в слова герцога.
– Вторая новость чуть хуже. Ваши мама и папа скучают по милым деткам, – продолжил фон Копфштейн, – поэтому мы решили подарить им вашу фотографию.
– Фотографию? – вырвалось у Ани. – Зачем? Где они? Почему вы не отведёте нас к ним?
Герцог усмехнулся, Гальваниус мерзко захихикал.
– Потому, Анечка, – мрачно ответила за него Зинаида Петровна, – что этим негодяям что-то нужно от ваших родителей. Вас с Димой взяли в заложники, чтобы ваши родители были посговорчивее. А фотография – доказательство, что вы тоже в плену.
