Сборник представляет ранее не издававшимся роман Майкла Муркока «Багряная игра», повести Урсулы Ле Гуин, Мервина Пика, Кита Ломера и рассказы признанных мастеров англо-американской фантастики, отмеченных высшими литературными премиями — «Хьюго» и «Небьюла».Новые переводы, раскованная нестандартность формы и стиля, и — Нечто Странное, мрачное и зловещее, что неизменно встречает героев в запутанных лабиринтах блестяще сконструированной авторами реальности.Содержание:Нечто. Странное… (вместо предисловия)Майкл Муркок. БАГРЯНАЯ ИГРА (роман, перевод С. Гинзбурга)Кит Ломер. ИСПЫТАНИЕ НА РАЗРУШЕНИЕ (повесть, перевод С. Гинзбурга)Мервин Пик. МАЛЬЧИК И ТЬМА (повесть, перевод А. Прохорова)Урсула Ле Гуин. БЕЗБРЕЖНЕЙ И МЕДЛИТЕЛЬНЕЙ ИМПЕРИЙ… (повесть, перевод С. Гинзбурга)ПОБРОСАЮ-КА Я КОСТИ(рассказы)Сэмюэль Дилэни. Время как спираль из самоцветных камней (перевод С. Гинзбурга)Джеймс Баллард. Облачные скульпторы Коралла D (перевод Е. Гаркави)Харлан Эллисон. Мне нужно крикнуть, а у меня нет рта (перевод Ш. Куртишвили)Гордон Диксон. Достойная смерть (перевод С. Гинзбурга)Ларри Нивен. Незадолго до конца (перевод И. Натансон)Харлан Эллисон. Крошка Мегги — Денежные Глазки (перевод С. Гинзбурга)Урсула Ле Гуин. Вещи (перевод В. Кормилицына)Сирил Корнблат. Слова Гуру (перевод П. Вязникова)Харлан Эллисон. Покайся, Арлекин (перевод Ш. Куртишвили)Джен Вулф. УЖОСы войны (перевод П. Вязникова)Фриц Лейбер. Побросаю-ка я кости (перевод А. Брискиной)
© Изд-во «Аргус», 1994
© Составление, название серии — О. П. Пуля, 1994
© Оформление, иллюстрации — В. Ю. Мартыненко, 1994
Авторы этой книги мало нуждаются в рекомендациях. Майкл Муркок и Сэмюэль Дилэни, Джеймс Баллард и Урсула Лe Гуин, Харлан Эллисон и Фриц Лейбер, — и почти все остальные тоже, — принадлежат к созвездию мастеров, способных восхитить самого взыскательного читателя. Многие произведения отмечены высшими наградами в области фантастики — «Хьюго» и «Небьюла» (не говоря уже о менее известных премиях).
А сам этот сборник — о Странном, о том, что один из грандов «новой волны» Филип Дик назвал «безумной возможностью», когда фантаст, конструируя иную реальность, задается не обычным вопросом «а что, если?», но в принципе другим — «о Боже, а что, если?..»
Метафизическая космическая опера отца-основателя «новой волны» Майкла Муркока «Багряная игра», эстетски-утонченная повесть Урсулы Ле Гуин «Безбрежней и медлительней империй…» (входящая в Хейнский цикл), загадочно-зловещая фантазия Мервина Пика «Мальчик и тьма», изощренная игра ума и слова в рассказе Сэмюэля Дилэни «Время как спираль из самоцветных камней» — все эти блестяще написанные и отлично переведенные произведения — о Странном.
Итак, галактическим скитаниям два года, но Ринарк не чувствовал себя одиноким. Да и какое одиночество, если галактика была его неразлучным другом, если он был частью любого ее движения! Пусть некие силы находились за пределами его ощущений, — из-за них и странности ее поведения, — но и странности эти не менее привычны, чем само ее присутствие. И где бы он ни скитался, ощущение сопричастности пронизывало каждый атом в его хрупком продолговатом черепе. Два года отнюдь не случайных странствий по перенаселенной галактике пролетели, теперь все готово — что ж, к Границе…
Теперь в жутком этом городке на окраине враждебной слепящей пустыни собрались все трое. И городок, и сама планета назывались Мигаа, и были они последним шансом для космических беглецов.
Ринарк вышел из корабля, поеживаясь под свирепым взглядом сверкающего, как бриллиант, солнца, и принялся петлять между сотнями других громадных кораблей, нелепых и грозных на вид, а сознание его было уже в городе, разыскивая там двух друзей. Его уникальный мозг перебирал образы улиц и строений, людей и предметов, пока не нашел, что искал, — в полумиле, на противоположной окраине города.
Нет таможни — не будет и задержек; Ринарк заторопился в город. Он зафиксировал в сознании ауры друзей и спешил к ним, чувствовал, что они встревожены, а значит, могут быть в беде.
Очень высокий и худой, с глубоко посаженными темными глазами на удлиненном сосредоточенном лице; однако встречные задерживали взгляд не на лице — удивляло, что он не носил на виду оружия. Почти все эти мужчины и женщины, как ни спешили сюда, явились в Мигаа вооруженными.
Лишь он один и шел по вымощенным металлическими плитами улицам со сверкающими сталью зданиями — и знал, куда идет. Прочие фланировали, толклись, и на всех темные очки — спасение от слепящей пустыни, отраженной сталью и хромом. Транспорта мало, приметил Ринарк, да и тот едва движется. Выморочный городок, будто воздуха не хватает, и во всем атмосфера ожидания. Такой уж местный колорит — не продохнешь.
И еще уловил он в лицах мужчин и женщин нечто общее — потаенный блеск надежды в глазах: вроде и надеяться не на что, и деваться некуда. Мигаа — или то, что они от него ждали, — был последним шансом. Для Ринарка, впрочем, тоже, но по менее эгоистическим соображениям.
Дом, где, он видел, находились двое его друзей, оказался, вопреки ожиданиям, не баром. Отель «Сеть», таких в галактике сотни, но этот название оправдывал.
Он окунулся в галдеж.
Драка шла полным ходом.
Этих не спутаешь: армированные металлом комбинезоны из белого пластика под кожу — жулье или шулера. Плотные ребята, и глотки луженые; а вот те двое, на кого они наседали, совсем другой породы.
И эту пару не спутаешь. Пол Толфрин и молодой Аскийоль из Помпей. Прижаты к дальней стене холла, забитого ревущей толпой.
Может, не встревать, они вроде и сами не пропадут — да нет, надо бы помочь. Скоро в путь, а они — все трое — должны быть в лучшей форме.
Он и шагу не ступил, а на него тараном летела закованная в металл туша одного из картежников. Тот, видно, штучки свои отрабатывал на корабле или на планете с малой гравитацией. Мигаа не из той оперы, так что вбить Ринарка в дальнюю стену не удалось — он уклонился и успел врезать шулеру в крестец заостренным носком ботинка. Тот рухнул, Ринарк, добавив по голове, вырубил его.
Теперь к друзьям.
