- Макс Зингер - психолог, - сказала Ли, - и он бы понял нас. Пойми, Антон, и ты, Ив, что у нас нет другого способа получить о вас нужную информацию, узнать, в чем мы родственны и в чем противоречивы. На какой основе возможно между нами содружество. Знать, что сближает, необыкновенно важно.
- Все это имеет смысл, но, Лилиана-Ли, не находишь ли ты, что над нами учиняется насилие, здесь затрагивается область этики!
- В какой-то степени да. Но ты же знаешь, что познания не обходятся без насилия, и ты знаешь немало случаев, когда для больших целей пренебрегают и этикой. В данном случае вам не будет причинено никакого вреда. И все же, если вы станете протестовать, то мы прекратим записи, уничтожим их.
- Нет, почему же, - сказал Антон, - нам особенно нечего скрывать, верно, Ив?
- Да, конечно… - сказал я неуверенно. И у меня возникло такое ощущение, будто нас с Антоном раздевают посреди улицы. Особенно меня беспокоило подсознание. «Что, если там найдут все те черты характера, от которых я с таким трудом избавился? А если еще учесть предков, то здесь Вечно Идущие получат не особенно лестную для нас картину, и они задумаются
- стоит ли с нами вступать в дружественные контакты».
- Лилиана-Ли, ты не трогай наших предков. Все, что вас интересует, сообщим мы с Ивом. Не надо, Ли. Получится не совсем верная картина. Хотя мне нечего стыдиться моих предков. Они вели тяжелую жизнь, борясь с силами природы, врагами. Мой прадед погиб на войне…
- Ты опасаешься, что люди Звезды Надежды предстанут перед нами нереально, искаженно?
- Конечно, Лилиана-Ли. По нас нельзя судить о всех людях Земли. Только приблизительно. Ведь и Вечно Идущие не одинаковы… - Про себя он подумал: «Как огурцы».
Ли спросила:
- Огурцы? Это что, вид разумных существ на Звезде Надежды? - И тут же, поняв, что попала впросак, сказала: - Ты пользуешься образными сравнениями, Антон. Конечно, каждый мыслящий индивидуален. Все же ты не думай, что у нас создается неверное представление о людях Звезды Надежды. Нет, отклонения от нормы дают более полное представление о возможностях вида. Да, я правильно осознала это понятие. Ты, Ив, несколько дней назад говорил о новых видах растений на Багряной со своим другом Максом Зингером. Вечно Идущие - психологи «очистили» записи от случайного, - да, ты прав, Антон, - наносного… Да, улица очень красива. Мы ее очень любим, эту улицу.
Мы с Антоном залюбовались эмалями на стенах домов. Картины напоминали произведения наших примитивистов, только сочность красок была поистине неземной, да и сюжеты тоже. Например, на огромном панно изображался дракон в полете, на его спине сидел большеглазый мальчишка. Картину обрамлял орнамент из цветов синего кактуса. Картина была объемной. Создавалось впечатление, что дракон действительно парит над Красной пустыней. Пройдя дом с картиной, я оглянулся и увидел другую сторону «Дракона» - он «висел» в воздухе.
- Работы детей, - пояснила Ли и добавила печально: - В городе нет детей. Совсем нет. Ни одного.
- Но картины?.. - спросил Антон.
- Созданы давно, когда здесь жили дети. Здесь много копий. Некоторые перенесены из других мест, из покинутых городов, разрушенных метеоритами. Дома здесь принадлежат Обществу свободной рождаемости. Да, у нас рождаемость была ограничена, а сейчас, когда снят запрет, почти совсем прекратилась. Рождение Вечно Идущего - праздник для всей Багряной.
Ли остановилась перед зданием, до странности напоминающим нашу подмосковную дачу, где экипаж планетолета провел последний месяц перед стартом. Дом поражал добротностью материала, отделки и в то же время несуразностью деталей. Крыша в виде желоба, с загнутыми внутрь краями, из желоба поднимался шест с флюгером в виде странного существа, отдаленно напоминающего местного дракона, окна в «кружевной резьбе» почему-то строители вделали, положив их набок, колонки у крыльца почти в «русском стиле». Что им удалось передать, так это цвет «дачи»: серебристая крыша, светло-зеленые стены, белые карнизы.
- Смешной дом, - сказал Антон, - очень забавный, зато похож. Правда, Ив, похож?
Я согласился и подумал: «У кого из нас они вытянули такую информацию о земной архитектуре?»
Ли мгновенно ответила:
- Из тебя, Ив. У тебя хорошая память на образы.
- Ничего себе! - обрадовался Антон. - Хотя в институте Ив был широко известен как карикатурист.
- Мы очень ценим людей, умеющих придавать вещам оригинальные формы. Строители, скульпторы, художники ждут встречи с тобой, Ив. - Ли остановилась у крылечка в четыре ступеньки, как и у подмосковной дачи. - Иди, Ив, восстанавливай силы. Путешествие во времени требует очень много энергии.
Я поднялся по крылечку из какого-то очень прочного материала под дерево. Антон остался с Ли. Они стояли, взявшись за руки, и вели неслышный для меня разговор.
