— Представьтесь. — Де Камбре стало даже интересно, решится ли бандит отвечать. Под заклятием правды отказаться говорить можно, солгать — не получится.
— Шевалье де Море.
Ответил и вздрогнул? Соврать хотел? Ну-ну, лиха беда начало.
— Прелестно! Дворянин занялся морским разбоем. — Виконт перешел на галльский. — То есть свою судьбу знаете.
А что тут знать? Для пиратского главаря существует лишь один приговор. Хотя он ведь думает, что попал к таким же бандитам, наверняка надеется договориться.
— Вы находитесь на борту военного корабля Галлии. Я — виконт де Камбре барон де Безье. Всерьез считаете, что не заставлю отвечать?
Расскажет. Все расскажет. Вон как глазки забегали. Понял, гнида, во что влип.
— То, что ваша шайка собралась для нападения на мой родовой замок, мне известно. Теперь представьте, сколь настойчиво я буду задавать вопросы. До суда вы все доживете, не сомневайтесь. Вопрос — в каком состоянии. Итак. Где Хафтар?
— Переоделся, затесался среди простых моряков.
Быстрый взгляд на магов, кивки. Все верно.
— Что собирались делать после захвата наших кораблей?
— Команду перекупить, кто откажется — за борт. Получить у вашего штурмана карту глубин реки, захватить замок, разграбить Безье и Монпелье.
«Получить» — красиво сказано. По факту — выбить, вырвать под пытками. Ничего, будет тебе «получка».
— Подробнее, как собирались действовать?
Их было много, вопросов. Надо признать, что за короткое время паша действительно не ленился, потрудился, подлец, на славу. Проверил историю с вывозом золота в замок, провел рекогносцировку, составил подробный и, к сожалению, грамотный план захвата городов. Те галеры и шебеки, что напали на маленькую эскадру Линча, были лишь частью серьезного флота, собранного со всего моря.
Помимо Монпелье и Безье, к разграблению были приговорены порты Марселя и Тулона, защищенные с моря сильными крепостями, но уязвимые с суши. Планировалось высадить сильные десанты, атаку которых поддержали бы пушки пиратских кораблей.
Тысячи горожан были бы угнаны в рабство, десятки тысяч убиты и разорены. Эту королевскую свадьбу галлийцы запомнили бы на века.
Если бы все прошло так, как задумал тунисский паша.
К счастью, незваных гостей ждали. И не только корабли Галлии. В честь предстоящей свадьбы, а также в надежде разгромить пиратскую вольницу, устроившую кровавый террор в Средиземноморье, в деле приняла участие и Кастилия, предоставив дюжину могучих боевых галеонов.
Вот только налета на небогатую Сардинию никто не ожидал.
Пришлось де Камбре брать допрос в свои руки.
— Что взяли на острове? Где разместили?
— Выкуп в пятьдесят тысяч песо на «Святой Бригитте», три сундука в каюте Хафтара. Рабов в этот раз не брали.
Логично, зачем перегружать корабли, когда главная добыча впереди.
— Экипажи галер?
— По триста человек.
Однако! В полтора раза больше обычного. Наняли бы и еще головорезов, благо желающих пограбить по тунисскому порту шляется всегда с избытком, но куда потом размещать рабов.
И что теперь делать?
Краткое совещание, Линч предельно конкретен: за борт всех, чтобы проблем не создавали.
И в чем-то он прав. Совсем недавно д,Оффуа рассказывал, как удалось вырваться из рук пиратов только потому, что те посчитали пленников неопасными. Очень он не советовал повторять эту ошибку. С другой стороны, галеры еще пригодятся, а там нужны гребцы, не век же на их местах держать своих моряков.
Де Камбре взглянул на стоявших перед ним главарей. Крепкие, ловкие, сейчас разыгрывающие, именно разыгрывающие смирение и покорность судьбе. Сколько крови смыла с их рук морская вода? Они не знали пощады, так имеют ли они вообще право на жизнь?
О том, что экипаж «Внимательного» состоит из таких же головорезов, думать не хотелось. Да, когда-то они сражались за свободу своей страны, были схвачены и проданы в рабство. Но сейчас мало чем отличались от других пиратов. Утешала мысль, что на морской разбой их два года назад послала своя, галлийская, разведка.
Итак. Извечный вопрос — что делать?
Де Камбре повернулся к магам.
— Сможете взять под контроль эту банду?
Те переглянулись.
— Триста человек на каждого — слишком много. Даже сотня выжмет все силы так, что придись драться, от нас толку не будет.
Вот так, нет, оказывается, выбора. Но хладнокровно утопить больше полутысячи человек, пусть и заслуживших смерть?
Вновь повернулся к капитанам.
— Найти Хафтара, оставить привязанным к мачте. Живым! И способным к разговору. Команды загнать в трюмы, спустить трапы. Через полчаса высажу призовые команды, если Хафтара не будет или хоть одна сволочь найдется на палубах, на куски вас будем резать. И мясо жрать заставим. Ясно? Время пошло!
Поверили? Поверили, потому что сами именно так бы и поступали. Для них — обычная процедура.
Когда на галеры осторожно, каждое мгновение ожидая нападения, поднялись моряки Линча, чтобы сесть за весла, они не увидели ни одного пирата, кроме крепко привязанного к мачте Хафтара, бешено вращающего глазами и в кровь искусавшего губы, — эта сволочь, как оказалось, очень хотела жить.
