— И от всех нас пахнет мятой, — блеснул белозубой улыбкой Инсар, вкладывая много, чересчур много в хищный прищур глаз. — А от тебя пахнет смертью.
Я испуганно выпрямилась, уставившись на демона.
— Не всегда, — соизволил он пояснить. — Обычно от тебя исходит приятный запах — ты пахнешь самой собой. Но сегодня вокруг тебя будто бы кружит запах гниющей плоти.
— М-м-м-м, — невнятно промычала я, жуя и даже не чувствуя вкуса.
— Так, где вы были и что с вами случилось? — Кан решил перевести разговор на другие рельсы. — Тай кое-что успел рассказать, но хотелось бы услышать подробности.
Я украдкой оглянулась по сторонам. Столовая уже, кажется, вернулась к своему привычному состоянию, пережив первый шок, но многие, особенно девушки, продолжали многозначительно поглядывать на нас. Вернее, поглядывали они на парней, а за мной пристально следили. Наверное, для того, что налететь бешенными фуриями в случае, если решат, что я посягаю на их святыни.
— Думаете, это хорошая идея — обсуждать все здесь? — громким шепотом спросила я, пригибаясь ниже.
— Ты должна все доесть, — отрезал Кан, сходу срезав мою попытку смыться.
Инсар похихикал над моим расстроившимся лицом, оттого, что трюк не удался, а после проговорил, даже не пытаясь понижать голос:
— Не переживай, этот стол заколдован. Все, что мы здесь обсуждаем не услышит никто, даже если будет очень стараться, если мы сами этого не захотим. Думаешь, почему мы всегда сидим только здесь?
— Раньше думала, это потому что ваше завышенное самомнение пробило стратосферу и теперь болтается где-то в космосе.
— Чего? — глаза Кана округлились.
— Где чего болтается? Я что-то ничего не понял, — заморгал Тиес.
— Забудьте, — махнула я рукой. — То есть, даже если кто-то подойдет к столу, он ничего не услышит?
— Ничего такого, что следовало бы скрывать, — объяснил Кан. — Поэтому можешь смело рассказывать.
И я рассказала. Обо всем.
Когда в своем повествовании я достигла момента общения с тем, кто назвался командиром гарнизона, в руке Кана вдруг лопнула кружка, брызнув во все стороны острыми осколками. К счастью, весь напиток демон уже выпил и на полу оказалось лишь несколько капель.
— Ой, ты не поранился? — подскочила я, но быстро села обратно увидев злые молнии, которые метнула в меня стайка колдуний со старших курсов.
— Мы — демоны, Мира, — выразительно закатил глаза Инсар, который даже не вздрогнул от звука разламывающейся на куски посудины, небрежно растянувшись на стуле и вытянув вперед ноги в высоких ботинках. — Нас трудно ранить, тем более, ранить какими-то черепками.
И действительно, Кан стиснул пальцы, превращая в пыль останки некогда весьма полезной емкости, а после небрежно стряхнул с по-мужски широкой ладони мельчайшие крошки, повелев:
— Рассказывай дальше.
На его лице застыло такое выражение… очень жестокое. И я вновь подумала, что играю в очень опасные игры с теми, кто взрослее, сильнее и, чего греха таить, умнее меня.
Я потянулась к своей кружке с чаем, сделала глоток, смочив горло, и продолжила повествование, еще тщательнее, чем прежде пытаясь обходить острые углы. Хотя я и до этого не особо вдавалась в подробности, но Ферай каким-то невообразимым для меня образом всё понял даже без уточнений, проявив неожиданную прозорливость.
Когда я начала описывать разламывающуюся грудь жителя таинственного города за стеной и выкарабкивающегося на волю паукообразного паразита, то едва ли не сразу поняла, что эта информация не то, что не нова и не удивительна для демонов. Нечто подобное они и ожидали от меня услышать. Более того, парни либо уже были посвящены в эту часть истории, либо же… знали что-то, что было неизвестно мне. Это буквально читалось по их глазам, в которых не появилось и искорки озадаченности, зато было много сгущающейся темноты.
Кратко пересказав последующие события и подведя итог в виде приземления на копчик в конюшне, я торопливо спросила:
— Вы ведь знаете, что это все значит, да?
— С чего ты взяла? — Ферай выгнул одну бровь, что придало его лицу с резко очерченными чертами лукавое выражение с примесью небольшого недоумения.
— Потому что у Сатуса была такая же реакция, — надулась я, чувствуя, что со мной не желают откровенничать и беседовать на равных. Я для них все та же девчонка, от которой проблем больше, чем пользы. — Он не удивился. Он тоже что-то понял.
— Теряет хватку, — невесело хмыкнул Инсар, покосившись на Кана.
Тот ответил также таинственно:
— Или подпустил к себе слишком близко.
— А может быть, так и задумано? — демон отбросил со лба гладкие пряди, приоткрывая красивый гладкий лоб без единого намека на морщины. — Не обернется ли это еще большими проблемами?
— Уже, — односложно ответил Кан.
— А не могли бы вы перестать говорить загадками? — меня начала пробирать злость. — Я хочу знать, что происходит!
