Для борьбы с излишне любопытными и недоверчивыми алкашами предложили замаскировать термоса под обычный контейнер, правда, пришлось пожертвовать второй цистерной, но лучше меньше, да лучше. Конструктора засели за кульманы, главный инженер полетел в министерство продлевать тему и пробивать финансирование. Но уже не за горами был 1989-ый год, и у московских столоначальников на повестке дня стояли вопросы поважнее каких-то там термосов. Трещал по швам Союз нерушимый, качались люстры и кресла в министерских кабинетах. Кого теперь заботила борьба с пьянством, когда началась битва за собственное выживание…
Единственный опытный образец двадцатитонной цистерны-термоса остался ржаветь под низким нытвенским небом, сиротливо чернея заплатками. В общем, получилось как в старом фильме: «Хочешь конфетку?.. А нету…»
В одном городе организовали на металлургическом заводе совместное предприятие с немецкой фирмой, выпускающей товары народного потребления. Все в лучших традициях — вроде как пригласил медведь бюргера репу сажать — сырье, производственные площади и рабочие руки наши, а товар и технология ихние.
Немцы выбрали парочку пустующих цехов и для начала затеяли там ремонт, причем, не доверяя нашей химической промышленности краску, лаки и прочее привезли из Германии. После короткого инструктажа работяги приступили к наведению марафета. Как известно, человеческие руки не всегда из плеч растут. На второй, примерно, день, у одного чудика опрокинулось ведро с импортной красочкой. Понурил он свою буйную головушку и поплелся на поклон к кладовщице. «Мне, — говорит, — краски малехо не хватило. Еще надо». «Сколько?» — спокойно спрашивает та. «Ну, с полведра…» «Пожалуйста». Парень, ожидавший привычной ругани, растерялся, но быстро почуял «халяву». «А ведро можно?» «Если нужно, пожалуйста». Тут началось! Краска у фрицев великолепная: ею можно и крышу покрыть, и пол, и мебель какую угодно — везде хороша! Некоторые даже заборы свои во все цвета радуги разрисовали.
Так в делах и заботах незаметно пролетел месяц. Мужики, довольно посмеиваясь над тупыми фирмачами, выстраиваются у окошка кассы за первой эспэшной зряплатой. А им листочки: «Вы должны фирме…» — и глаза на лоб от цифр.
Оказывается, у немцев на каждую работу был рассчитан расход материалов, абсолютно не учитывающий потребности «домашних мастеров». В общем, развалилось СП. Не пожелали наши люди на заморских крохоборов горбатиться.
Трудно рассказывать производственные байки. Куда проще описывать, как один нажравшийся литератор (или политик) остроумно ответил другому нажравшемуся актеру (или политику). Там сразу все понятно. А тут приходится постоянно, учитывая интересы читателей с чисто гуманитарным образованием, объяснять значение спецтерминов и аббревиатур.
Например, АСУ — это Автоматизированная (-ые) Система (-ы) Управления. А «Все об АСУ» — название справочника, над которым не одно поколение инженеров (и даже один неплохой писатель) поржали всласть.
Неисповедимы пути АСУ в ТП. Ну вот, опять! Такая славная фразочка, но если Вы не знаете, что ТП — это Технологический (-ие) Процесс (-ы) и смутно представляете, с чем это ТП едят, то весь смак теряется. Ладно. Читайте с техническим словарем или принимайте на слух.
Однажды, морозным декабрьским утром начальник отдела АСУ ТП некоего НИИ собрал своих подчиненных, и трагическим голосом сообщил им, что под угрозой срыва большая госбюджетная тема по автоматизации колпаковых печей на Нытвенском металлургическом заводе (НМЗ). 8 лет упорного труда, 2 с кровью выцарапанные пролонгации, а до завершения работ, как до Китая не тем местом. Придавленный к линолеуму комплексом Сизифа, шеф обвел глазами притихших инженеров: «Какие будут предложения?» Вопрос повис в глухом пространстве.
Только не подумайте, что наш отдел 8 лет бил баклуши.
Во-первых, кроме Нытвы у нас были и другие темы. А во-вторых, Нытва — это эпопея, героическая летопись творческих мук. Хорошо жилось предкам: кибернетика — лженаука, а всех средств автоматизации — аварийная лампочка Ильича. Чертов прогресс здорово подкузьмил.
Когда только заключили договор по НМЗ, лучшими и современнейшими отечественными САУ были КТС «ЛИУС» разработки Харьковского СКБ (уж вы мне поверьте). Наш начальник, всегда стремившийся быть на острие научно-технической мысли, особенно, если эта мысль его собственная, засадил конструкторов за проектирование АСУ на основе «ЛИУСа». Работа закипела. Вал калек, чертежей и сопроводительной документации радовал глаз. В кратчайший срок состряпали техзадание и наваляли техпроект. Одновременно на НМЗ ускоренными темпами оборудовали помещение для установки «ЛИУСов», набирали и посылали на курсы в Харьков персонал. В главк шли радужные отчеты о заочном освоении новой техники.
